- Меня зовут Эвиана. Я внучка Аласдэра. Именно я та просьба, о которой хотел просить Аэрона мой дед. Именно я посылала сюда ищейку.
Димитрий мотнул головой и теперь уже его глаза почти прояснились. Девушка отдернула руку и на всякий случай сделала пару шагов назад, пока он поднимался с колен. Если он решит напасть на неё, она всегда сможет дать дёру, имея хотя бы такое маленькое преимущество.
- Я эмпат, - сказала она, словно бы это могло оправдать её поведение.
Мужчина вновь прищурился:
- О да, и надо полагать какой-то неправильный, что чертовски любопытно, - и обернулся к замершим на месте охранникам. – Всё в порядке, ребята. Эта куколка просто попросила меня быть с ней повежливее.
Эвиана поморщилась. Её не называли «куколкой» уже лет… подождите-ка, её вообще никогда не называли «куколкой». Пожалуй, это было бы даже приятно, если бы не было бы произнесено с таким откровенным сарказмом.
- Я не знаю, где находится Аэрон. Я говорил это твоей ищейке и скажу тебе. Но если у тебя не пропало желание поболатать, - он хмыкнул, окидывая её насмешливым взглядом своих ярко-зелёных глаз, - я к твоим услугам.
Он был настоящим красавчиком, и от его чуть кривоватой улыбки Эвиану, которая как не крути, а была всё же женщиной, бросило в дрожь. Она никогда не сможет иметь отношения, это она знала с самых первых дней пробуждения её силы. Как часто она ревела, сидя у себя в комнате в доме деда, в то время, как её более удачливые ровесницы танцевали со своими кавалерами на вечеринках? Или на школьном бале, куда её, естественно, никто не приглашал. Достаточно часто, чтобы внешне смериться с неизбежным, а в душе мечтать о таинственном прекрасном принце, который, не смотря на ее веснушки, рыжеватые волосы и ту боль, что она может приносить одним своим прикосновением, влюбится в неё с первого взгляда и останется рядом… пусть не навсегда….хотя бы на отмеренное время…
- Ну, чего решила? – Димитрий сделал приглашающий жест рукой в клуб. – Зайдем поболтать?
Она кивнула, проходя следом за ним к дверям и они вошли в просторное помещение, в дизайне которого преобладали чёрно-красные тона. Народу было столько, что если бы не идущий впереди Димитрий, чья внушительная фигура заставляла всех расступаться, Эвиана, постаравшаяся как можо более назаметно пальцами вцепиться в ткань его рубашки на пояснице, запросто бы потерялась среди этих трясущихся тел. Он провел её к одному из столиков, стоявшему на возвышении в углу клуба, откуда просматривалось каждый закуток помещения, на ходу махнув бармену.
Дождавшись, когда она устроится на красном диванчике, Димитрий сразу приступил к делу:
- Так кем ты, говоришь, приходишься нашему покойному Аласдэру?
- Для простых смертных я его внучка. Но, скорее всего, его можно называть моим отцом.
- Только не надо мне сейчас втирать про эти ваши кровные родственные узы. Я прекрасно знаю, что Аласдэр не имел детей. У него была только подопечная, Сабрина Виндстром.
Эвиана нахмурилась.
- Ну да, фактически я ему не родственница. – Она никак не могла взять в толк, с чего вдруг собеседник приплёл сюда её мать. – Он взял нас под свою опеку, когда мама была уже беременна мной. Он дал мне защиту. Ту самую, о которой я теперь вынуждена просить Аэрона.
- Защиту какого рода? Аэрон никогда не был ни чьим телохранителем.
Подошедшая официантка поставила на их столик высокий стакан с коктейлем. Димитрий кивком головы указал, что это для его собеседницы. Официантка сдвинула стакан ближе к девушке, не удержавшись при этом пробежаться насмешливым взглядом по её лицу и неодобрительно поджать губы. Эвиана ответила ей надменным взглядом. Естественно, сейчас каждая девушка в этом клубе недоумевает, что такая, как она делает рядом с таким, как он. Димитрий был мечтой любой женщины и наверняка мог иметь любую, помани он только пальцем.
- Ты не понимаешь. Мне нужна ментальная защита. Я рассказываю тебе это только потому, что знаю, что ты друг Аэрона, и ты сможешь помочь мне найти его. Со дня смерти Аласдэра я осталась без необходимой мне защиты, поэтому меня наверняка уже обнаружили. Меня ждет смерть. Либо помощь Конди, либо смерть.
- Кхм, - Димитрий откинулся на спинку диванчика, внимательно рассматривая её. – Какая-то глупость. С чего бы это ему помогать тебе? Ну, ждет тебя смерть, ему-то что? Разве ты не знаешь, что он самолично отказался от престола? Ему плевать на всех Иных, так же, как и на людей. Тебя же он даже не знает. Наивно предполагать, что в нем вдруг проснутся какие-то альтруистические чувства. Что он получит с этого?