- Ну, с чего вы решили начать ваше сближение? – продолжал оборотень, но тут же замолчал, едва стоило только Конди кашлянуть.
Эви, выдерживая паузу, в течение которой одна из служанок наливала ей кофе в маленькую фарфоровую чашечку, а не в большую обычную керамическую кружку, как она любила, и, наконец, подала голос:
- Начать что? – и внимательно посмотрела на как всегда болтливого Димитрия.
Тот выразительно поиграл бровями:
- Ну, ваше близкое знакомство… Избранная для Иных, знаешь ли, словно лакомый кусочек, едва ли наш бог Холодность сможет долго терпеть.
Диана с силой швырнула ножик, которым до этого успела воспользоваться, намазав себе тост джемом. Легкий звон прибора не смог отвлечь Эви, хотя, вероятно, вампирша именно этого и добивалась.
- Избранная? Чего? Бог Холодность? О чем ты говоришь?
Поскольку изначально их общение началось именно с неформальных нот и, как Эвиана уже успела заметить, оборотень особенно не переживал по этому поводу, она посчитала, что даже в присутствии Конди ей не стоит изображать из себя примерную тихую овечку, роль которой Аласдэр считал для нее идеальной.
Димитрий быстро и с каким-то странным выражением лица бросил взгляд на Аэрона, который даже не поднял головы, занятый идеально приготовленной яичницей-глазуньей.
- Ну… как же? Избранная, - он вновь поиграл бровями, как бы пытаясь намекнуть своей немного туповатой, по его мнению, собеседнице, на что-то очень и очень очевидное для всех.
- Не понимаю, о чем ты, - пожала плечами Эвиана, чуть откусывая хорошо прожаренный тост. Она давно не позволяла себе разговаривать за столом, потому что «во время приема пищи неприлично трепать языком, издавая звуки». Так обычно говаривал Аласдэр, едва только она пыталась заговорить. Но в действительности нарушать все установленные порядки своего дедули ей вдруг стало приносить невероятное удовольствие.
- Черт дери, да хватить уже корчить из себя идиотку! – воскликнула Диана. – Мы все прекрасно знаем, что ты задумала и за кого себя выдаешь!
Дьявол, что она успела сделала этой вампирше за то время, пока спала?! Ведь вчера еще, до встречи с Аэроном, кажется, они не гласно решили придерживаться холодного нейтралитета, после того, как Диана ясно обозначила свои границы в этом доме и рядом с Конди. Эвиана же дала понять, им делить нечего, на этого Иного она не претендует. Так чего Диана вновь взбеленилась?
- Я выдаю себя именно за того, кем являюсь, - довольно спокойно, стараясь не перейти на резкий тон, произнесла Эви, но все же не удержалась от колкости. – У тебя бессонница? Поэтому ты такая раздражительная с утра?
Димитрий очень громко расхохотался. Он вообще был каким-то «очень» во всем – в росте, физической мощи, в болтливости и, как теперь становится очевидным, в назойливости. Как, странно, они сдружились с Аэроном? Ведь у них вообще не было ничего общего. Кроме, конечно, внешней привлекательности и какой-то внутренней завораживающей мужской харизмы. Если бы кто попросил сейчас Эви объяснить, что она имеет в виду под данным определением, она бы лишь пожала плечами. Просто ее очень тянуло к обоим мужчинам. И тянуло не в плане общения, далеко нет… Но вот это-то, как раз, объяснялось очень просто – девушка, являющаяся невольной затворницей всю свою жизнь, впервые встретилась сразу с двумя невообразимыми красавчиками, от которых буквально веет мужским тестостероном.
- Конечно, у нее бессонница, - заявил оборотень, едва отсмеялся. – Потерять то, что она считала своим уже несколько лет, тут кто угодно будет нервничать.
- Заткнись, - прошипела сквозь зубы Диана. – Я ничего не теряла! Потому что это все неудачно сыгранная шутка.
- Кажется, вы беседуете на каком-то своем языке, - улыбнулась Эвиана, посчитав лучшим не обращать внимания на непонятную ей агрессию вампирши. – Поэтому не буду даже пытаться встревать в ваш диалог.
- Ну, как же? – никак не мог успокоиться Димитрий. Создавалось впечатление, что ему было крайней важно, чтобы она поняла то, о чем он говорит. – Ты ведь знаешь, какое впечатление производят на Иных их Избранные!
- Избранные? – Эвиана чуть нахмурилась. – Впервые слышу такое определение.
- Ха-ха-ха-ха! – издевательски рявкнула Диана.
Эви посмотрела на нее. Почему этот разыгранный хохот прозвучал, словно угроза? И тут подал голос молчавший все это время хозяин особняка.