о пользуется, а уж в такую жару тем более. Вызвала такси и пока ждала, позвонила Белому. Алекс отказался ехать к ведьмам, мотивируя это тем, что проклятье скоро начнет действовать, вот тогда они все и узнают. Инга только вздохнула и положила трубку. Приехала машина, по дороге девушка разглядывала людей за окном. Почти все парочками, молодежь небольшими группками - гуляют и празднуют кто последний звонок, кто начало каникул, а кто-то возможно просто радуется жизни. Инга же едет на допрос. Ей почти двадцать шесть, а ничего кроме работы у нее нет. Она больше не хочет ни детей, ни семью. Друзей старых практически всех растеряла. Кто-то незаметно пропал из поля зрения, а кого-то она сама исключила из своей жизни. Их проблемы, их радости, как большие так и маленькие, перестали для нее иметь значение. Самой же Инге нечего им сказать. Рассказать о своей работе? Или о том, что ей до сих пор порой кажется, что она сошла с ума, и вся ее жизнь - лишь бред сумасшедшей? Да и как бы они восприняли эти слова? *** В офисе царили безмолвие и пустота. Вообще со стороны не скажешь, что в этом особняке, построенном в конце девятнадцатого века, правят бал вампиры. Типичный офис средней фирмы со скромной вывеской золотом на черном фоне - «Княжич». Скромно и со вкусом, вполне в духе Ника. Возле входа дежурил Сергей, еще один птенец Князя. Среднего роста, худой до изнеможения. Рубашка с коротким рукавом смотрелась на нем нелепо. Тонкая шея с крупным кадыком торчала из ворота, руки, больше похожие на спички, были в карманах. В целом он выглядел как отощавший цыпленок. Ник обратил его в прошлом году. Молодой и талантливый хакер умирал от анорексии. За последний год он успел немного набрать в весе, ранее на него без слез невозможно было смотреть. Кивнув Инге, Сергей продолжил осматривать улицу. Девушка пошла к кабинету босса. Постучала для приличия и вошла. В кабинете помимо Ника находилось еще трое мужчин. Лампы не горели, видимо, им хватало естественного освещения из окна. Биг босс поднялся и указал девушке рукой на кресло посередине кабинета. Она села и вопросительно посмотрела на него. - Вот, господа, знакомьтесь, мой дневной человек, Инга Иванова. Она является свидетелем нападения, - Ник сел обратно и посмотрел на представителей Совета. Один из них подошел и встал напротив, закрыв от девушки Ника. Молодой мужчина, лет двадцати с небольшим. Высокий, темноволосый, шрам на лице начинался от виска и вился неровной змейкой вниз до подбородка. Одет в простые джинсы и футболку. Схватившись за подлокотники, он наклонился к Инге. - Смотри мне в глаза. Она посмотрела. Ничего особенного. Глаза как глаза. То ли серые, то ли голубые, при таком освещении непонятно. Еще несколько минут он продолжал сверлить девушку взглядом, она чувствовала себя неуютно, но терпела. Понятно, что никто не поверит Нику на слово, они должны сами убедиться, что Инга не поддается вампирскому гипнозу. Наконец мужчина отошел от девушки и замер, глядя в пол. Затем встрепенулся: - Он прав, на нее не действует гипноз, - посмотрев на Ника, он продолжил, - Значит, мы используем другой, более действенный метод. Ник резко подскочил, уронив кресло: - Я против! Она человек и не выдержит этого! На середину выплыл второй мужчина, солидный и упитанный, потрясая короткими и толстыми пальцами, он сказал: - Вы не смеете нам препятствовать. Иначе нам придется принять меры, - голос его прозвучал подобно грому. Неприятный холодок проскользнул у девушки по спине. *** Боль возникла неожиданно. Резкая и сильная, будто нож воткнули в грудь. Инга поперхнулась, услышав собственное дыхание. Хрипы и булькающие звуки разрывали тишину, повисшую в кабинете Ника. Все замерли и смотрели на девушку, не шевелясь. Ник сурово нахмурился и немного подался вперед. Инга пыталась дышать, но это давалось с трудом. Каждый выдох приносил неимоверную боль, каждый вдох грозил разорвать легкие. Что-то теплое потекло по лицу из носа, затем из ушей. Инга пыталась потрогать, но руки не слушались. В груди разливалась нестерпимая боль, но девушка даже закричать не могла. Горло и легкие жгло, тело онемело. Красная пелена постепенно заволокла глаза, но девушка заставляла себя дышать... Ну, же... Давай, Инга, еще один вдох, иначе все, конец. Это будет глупая и некрасивая смерть. Судорожно всхлипнув, она пыталась вдохнуть, в легких стало горячее и девушка перестала видеть что-либо. Воздух, воздух...Хоть глоточек... Проваливаясь в темноту, она успела подумать, что Ольга оказалась права. *** Представители Совета твердо стояли на своем, Нику пришлось согласиться на их условие. А согласие Ника автоматически подразумевало и согласие Инги. Условие простое - выпить зелье правды. Вроде ничего такого страшного в этом нет, ведь скрывать девушке по сути нечего. Только зелье имеет обратный эффект - выдержать его действие может лишь Иной, простой человек обречен на гибель. Правда бывали случаи, когда смертный выживал, но это большая редкость. Ник уверил Ингу, что смерть ей не грозит. Он еще не наигрался. Это его слова, поэтому умереть он любимой игрушке не позволит. Кипя негодованием, Инга выпила зелье, приготовленное Павлом - третьим представителем Совета Иных. Лет сорока пяти - пятидесяти, белокурый, зеленоглазый чернокнижник внимательно наблюдал за девушкой во время допроса. Сам допрос Инга запомнила с трудом, а вот как умирала у них на глазах отпечаталось в ее памяти четко, будто она только в эти минуты и жила. В себя пришла быстро, жуткая слабость во всем теле постепенно пропадала, горло и легкие горели огнем, в ушах гремел раскатистый гром. Открыв глаза, девушка увидела Ника. Он стоял, раскачиваясь с пятки на носок, и хохотал. Его лицо и белоснежная рубашка были в бурых пятнах крови. - Ник..., - голос Инги напоминал карканье вороны. Ник смолк и пристально посмотрел на нее, слегка прищурившись. - Поздравляю, детка, сегодня твой второй день рождения. ГЛАВА 7