Причалы с паровыми лебёдками и толстыми канатами, смотанными в кольца. Рабочие в брезентовых куртках ловко управлялись с тросами, направляя пароход к стенке.
Корабли — от старинных парусников с потрёпанными парусами до современных пароходов с гребными колёсами. Один из них, с надписью «Святой Николай» на борту, выпускал клубы чёрного дыма — готовился к отходу.
Склады с климат‑контролем: их стены были облицованы изоляционными плитами, а на крышах виднелись трубы вентиляционных установок. У входа висела табличка: «Чай, специи, тропические фрукты. Охраняется круглосуточно».
Люди в форменных куртках сновали между штабелями ящиков, сверялись с накладными, переговаривались по переговорным трубам. Доносились обрывки фраз: «Груз из Тобольска прибыл вовремя», «Дирижабль с медью ожидается к вечеру», «На таможне новый рентген‑аппарат установили — теперь всё насквозь видит!».
Звуки окружали её: лязг металла, крики чаек, гудки, шипение пара из предохранительных клапанов. Где‑то рядом раздался голос лоцмана:
— Следующий состав — к третьему причалу!
Императрица подняла голову. Высоко над портом, на фоне облаков, медленно проплывал дирижабль из их порта. Он шёл на малой высоте, направляясь к погрузочной эстакаде. Оттуда уже подавали сигналы флажными кодами: «Готовность к приёму груза».
Ольга вдохнула полной грудью — воздух здесь был солёный, пахучий, насыщенный жизнью большого порта. Она почувствовала, как внутри просыпается гордость за империю которой она правит, где небо и море, пар и ветер, старые традиции и новые технологии сливались в едином ритме величия.
— Пора идти дальше, — тихо сказала она, обращаясь к свите.
— Конечно-конечно, ваше величество! Пойдёмте.
И, величественно выпрямившись, императрица направилась вглубь порта.
Осмотрев порт, императрица Ольга осталась вполне довольна. Порядок, чёткая работа людей, слаженное движение грузов, сочетание старинных традиций и новейших технологий — всё это вызывало в ней чувство гордости за империю.
— Признаю, Афанасий Никифорович, — произнесла она, поворачиваясь к градоправителю, — вы превзошли мои ожидания. Нововведения, которые вы внесли, помогают работе порта преолтлично. Он работает как часы, а дирижабли и пароходы дополняют друг друга, словно звенья одной цепи. Я в восхищении. Ровно произнесла она.
Градоправитель заметно расслабился, на его лице появилась искренняя улыбка.
— Ваше Величество, для меня нет большей награды, чем ваше одобрение. Позвольте пригласить вас и вашу свиту в мой городской особняк — там уже приготовлен скромный обед в вашу честь. Я бы хотел показать вам кое‑что ещё: чертежи будущего расширения и планы по созданию единой сети воздушных и морских путей от Архангельска до Петергофа.
Ольга кивнула:
— С удовольствием ознакомлюсь с планами. Ведите.
Мобиль «Лесснер» вновь наполнил воздух паром и плавно тронулся по улицам Архангельска. Теперь, когда осмотр порта был завершён, императрица могла внимательнее рассмотреть сам город.
Вдоль широких улиц тянулись каменные дома купеческих гильдий, украшенные резными балконами и чугунными ограждениями. На перекрёстках стояли газовые фонари новейшей конструкции — их яркость автоматически регулировалась в зависимости от времени суток. Вдалеке виднелись купола собора с позолоченными крестами, сверкавшими на солнце.
— Город растёт, — заметила Ольга. — И растёт с умом.
— Стараемся, Ваше Величество, — с гордостью ответил Афанасий Никифорович. — Мы привлекли лучших инженеров и архитекторов. Вон там, видите? — он указал на стройку за парком. — Новая гимназия. А рядом — общественная библиотека с читальным залом и паровой системой отопления.
Вскоре мобиль остановился перед величественным зданием. Белокаменные колонны, фронтон с барельефами, широкие окна с витражами — особняк выглядел достойно, но без излишней помпезности.
Афанасий Никифорович почтительно провёл гостью через парадный вход. В просторном холле их встретила супруга градоправителя — Елизавета Андреевна, в платье из серебристого шёлка. Она сделала глубокий реверанс:
— Добро пожаловать, Ваше Величество. Мы счастливы принимать вас в нашем доме.
Императрица милостиво кивнула:
— Благодарю, Елизавета Андреевна. Вижу, ваш дом так же благоустроен, как и город под управлением вашего супруга.
***
За столом сидели пятеро. Лица их то появлялись в отблесках пламени, то снова скрывались в тени. Воздух был пропитан запахом табака, пота и едва уловимого страха — страха перед тем, что они собирались сделать.