- Что, и тебя семейка сбагрила? Да? - Мерзко хохотнул он, оглядывая Михаила с ног до головы. - Да, гляжу деньнег не пожалели, приодели, в последний путь, так сказать! - и он засмеялся, холодно и колко, при этом не сводя внимательных глаз с Михаила.
- Не обращай внимания. - Подошел к нему незнакомый рыжий парнишка лет семнадцати на вид. - Это Женька Черкасский. Его отца сместили с поста канцлера недавно, когда дар у Женьки проснулся. Или проклятие, тут как поглядеть. - Хохотнул он и продолжил: - Его семью лишили имущества, старших сестер, кого в монастырь, кого замуж, а младшую в приют вот, а его сюда упрятали от греха подальше, так сказать. Вот и бесится.
А мать? Хотел спросить Михаил, да передумал. Раз дар проснулся недавно, значит нет больше ее. Сила эта, как правильно заметил рыжий, то ли дар, то ли проклятие, забирает самого дорогого, жертва, так сказать.
А в замен получаешь чуть ли не могущество. Миша знал о чем говорит этот парень. Сам едва удержал себя на грани, еле справился, отозвав силу. Как это вышло Миха и сам не знал. Как-то по наитию что ли. Взглянув на рыжего спросил о другом:
- А ты? Тоже упрятали? - Рискнул спросить Мишка нового знакомого. И знакомого ли? Может они все тут враги? Не зря же студенты лицея погибают или пропадают. Он снова обернулся на компанию во главе с Евгением, но те уже были заняты новой жертвой. Гришкой.
- А то! - Хохотнул рыжий. - Позвольте представиться, - и он галантно поклонился, по всем правилам придворного этикета, который вбивали в Мишку последний год, да все безтолтку. - Дуров Александр Викторович.
Мишка едва рот не разинул, а его то за что? Про полковника Дурова только глухой не слышал, и то ему бы на пальцах объяснили, как этот доблестный воин освобождал Набрег.
- Хочешь узнать за что меня сюда упрятали? - Спросил, наверное единственный весельчак во всем лицее. И Михаил медленно кивнул с прищуром глядя на Сашку. - Да, все банально. - Махнул рукой он.- Так же, как и у всех. Старшая сестра умерла год назад. Покончила с собой не выдержав тягот навязанного родителями брака. Ну а я, едва не уничтожил наш дом, когда узнал, оживил все часы в доме превратив их в чудовища. Отец, как мог скрывал, но разве ж утаишь шило в мешке. - И он смешно закатив глаза, покрутил ладонью у лица изображая что-то, ему одному известное. - А я что, мне того и надобно было. Устал от надзора. Ведь после того случая заперли меня дома. - Тут же помрачнел он. - Я ведь сам пришел в управление.
- Зачем? - Удивился Мишка. Задавая этот вопрос Миха знал уже на него ответ.
- Затем, что я не комнатная болонка. И раз отец побоялся идти против Соколовых, что ж, значит это сделаю я. - Мстительно протянул рыжий.
Ответить Мишка не успел. Во двор вышели директор и его помошник. Директор вещал, что очередной учебный год открыт, а это значит ворота лицея будут закрыты для учащихся на весь этот год, исключения составят зимние каникулы и летние, и то если родственники пожелают забрать своих чад под свою ответственность. А потому он, директор, ждет от учеников повиновения и желания учиться, а не просиживать свои штаны в карцере.
- В карцере? - С удивлением спросил Михаил. И Санька поспешил с ответом:
- Это обычная практика наказаний, тем более для специализированного лицея. В обычных - розги. А у нас - карцер. Розги нам не помогут. - Зло усмехнулся он, и на мгновение его глаза изменились, показывая ту суть, что скрыта где-то внутри.
С этими словами директор дал позволение заходить в здание лицея, по одному, чтобы пройти через комиссию. Что за еще за комиссия? Подумал Мишка и вошел в двери лицея. Все оказалось просто. Агрессивных отсеивали в один класс, тех кто хоть как-то мог контролировпть себя в другой. А тех кто умело обращался со своей сущностью оставляли и они ждали личных наставников. Миха остался. Как и рыжий. И сын бывшего канцлера. Трое. Всего трое. Или уже трое?
- Ну что ж, - Проговорил высокий, хмурый и бородатый мужчина вошедший последним. - Вы хоть знаете , что ни демона не умеете контролировать себя? - Сходу начал он. - Просто умело или не очень скрываете суть, которая в неподходящий момент вырывается наружу. Так ведь? - Спросил он и оглядел каждого, заставив заалеть щеками и опустить взгляд в пол. - Моя задача выпустить вас в свет при этом научив вас же контролировать ту тварь, в которую вы превращаетесь, заставить сидеть тихо и пасть на хозяина не раззевать.