— И твой муж научит, — перебила она дочь. — Если захочет, —
- И твой муж научит. - Перебила она дочь. - Если захочет. - Добавила потом.
- А вот не пойду я замуж за Яцека! - Воскликнула она и убежала, так приложив дверью, что с потолка штукатурка посыпалась.
- Орловская кровь. - Качая головой проговорила Ольна вслух, вспомнив вспыльчивый норов мужа. Между ней и Романом не было любви. Их поженили, как и было положено. Они даже не знали друг друга до свадьбы, точнее знали, но не думали, что именно они будут супругами. Так решил ее свекр - прежний император, еще до переворота. А тепрь, гражданская война унесшая и мужа и векра, сдулась, благодаря преданным людям или нелюдям. Иные, которых Ольга подчинила себе, обвязав непосильными клятвами, спасли ее саму, и ее еще тогда не рожденных детей. Близнецы. Такая редкость. Теперь новая напасть, откуда не ждали. Ну что этим северянам не сидится? Азов обратно хотят откусить? Не выйдет! Хоршо, что война, не одним днем делается. И не хотела бы Ольга дочь отдавать в Словению, да выбора нет. Ей нужны союзники, чтобы поднять империю с колен, а что лучше родственных свзяей может быть? Или... она открыла папку, что смотрела ее дочь. Да, не Короштышевский. Покачала она головой. Нет его силы. Нет его стати и властности. Проклятые иные! Ольга резко захлопнула папку и оперлась руками о стол, опустив голову и тяжело дыша. Ну почему? Почему они только от любимых рождаются? Ольга в который раз задавалась этим вопросом и не было на него ответа. Что влияет на рождение иных? Почему в ком-то эта кровь просыпается, а кто-то так и ходит пустышкой. Почему только мальчишки могут быть носителями? И то не все! В одной семье ген может передаваться из поколения в поколение и не быть раскрыт, словно сила сама выбирает себе носителя. А в других, таких как князья Короштышевские, каждый становится иным! Или дело в любви? Той самой, которой ее Ольгу лишили выдав за Романа?
На что только отец не шел, чтобы заполучить Николая в зятья. Ольга до сих пор с трудом вспоминала то время, пока император не объявил, что быть ей женой будущего императора. Лишь тогда отец угомонился. А она... она ведь любила. Любила ли?
Не следи Ольга за Николаем, не узнала бы, что тот влюбился. И в кого? В мещанку! Без роду, без племени. Но не женился. Император запретил.
Ольга мечтательно прикрыла глаза, вот бы ей Нинку за иного выдать. И тут же распахнула, скривившись. Да не выйдет. Вон, достойных всего три. И все трое висят на волоске. Череасский, Дуров и Короштышевский. Один - сын предателя. Второй - едва не свихнулся, а может и свихнулся. Третий... Вот о третьем мало известно. Но, если в отца пошёл, то и не узнать. Но Ольга будет следить, за всеми. Время еще пока терпит. А Яцека лучше держать поближе.
Глава 3 Первая драка
Миха шел следом за наставником и думал о том, что жизнь его крутотизменила свой путь. Снаружи школа казалась монументальной и немой, словно мертвый каменный гигант вырос посреди моря.
Внутри же кипит жизнь, полная блеска полированного металла, запаха масла и напряжения изобретательского труда.
- Так, троица, - Проговорил Аким Игнатьевич. - Справа от вас кабинеты мастерских, туда вам пока еще рано, но мы зайдем, чтобы вы имели представление, как все здесь работает. Первый у нас по курсам кабинет точной механики. - Проговорил он открвая широкую тяжежелую дверь.
Помещение Мишке напомнило ювелирную мастерскую, только вместо драгоценных камней здесь – крошечные шестеренки, пружины, подшипники. Микроскопы с мощным увеличением стоят рядом с прецизионными токарными станками, на стеллажах аккуратно разложены инструменты из высококачественной стали – от миниатюрных отверток до сложных измерительных приборов, назначение которых Миха не нал. Воздух пронизан тишиной, нарушаемой лишь тихим жужжанием миниатюрных моторов и щелчками инструментов сидящих за столом других "счастливчиков". Мальчишки, нет, пожалуй это уже были парни в колличестве трех штук, усиленно мастерили тех, кто в скором будущем наверняка займет место брошек, серёжк или запонок в посольстве. Миха скривил губы. Здесь создаются самые мелкие и сложные детали шпионских механизмов – миниатюрные даггеры* , записывающие устройства, передатчики.
ДАГЕРР* - ранее устройсто для создания фотографий.
Следующим мальчишки увидели кабинет гидравлики и пневматики: Здесь – совсем другая атмосфера. Сильные шумы работающих компрессоров и гул гидравлических насосов заглушают все остальные звуки. Студенты работают с трубами, цилиндрами, клапанами, создавая сложные системы для управления механизмами. На стеллажах лежат разнообразные штуцеры, фитинги и шланг. Запах масла и смазки прочно закрепился в воздухе этого помещения.
И последний кабинет, который они посетили был кабинетом по вслению душ или "душевным", как назвал его наставник Соколовский. Наставник не разрешил зайти внутрь, но нэмальчишкам и так не плохо было видно из-за толстого, непонятного сплава, стекла, что кабинет был похож на мастерскую часового дел мастера, чем на обычный класс. Воздух был пропитан запахом паяльной кислоты, лака и меди. Рабочие столы, заваленные деталями – шестеренками, пружинками, проводками, микросхемами – занимали большую часть помещения. На стенах висели чертежи сложных механизмов, схемы электронных плат и даггеротипы странных, похожих на насекомых, механизмов. В одном углу стоял большой, запылившийся верстак, уставленный паяльными лампами, микроскопами и разнообразными инструментами. Над ним, прикрепленный к потолку, висел полупрозрачный колпак, похожий на старинный стеклянный купол.