* 1 платиновая монета - 50 золотых.1 золотая - 100 серебряных.1 серебряная - 100 медных.
Глава 10
Кэтрин
Я подошла к дому учителя, постучав в дверь, я услышала его голос:— Входи. Войдя в дом, я проследовала в его гостиную. Открыв дверь, я поморщилась, так как её наполнял запах алкоголя.— Чё так долго? — сказал он, когда я встала напротив него. Но тут, со стороны двери вновь послышался стук.— Ну кто там ещё? — недовольно крикнул он.— Я от заместительницы, — сказал человек за дверью. Голос мне был знаком, он принадлежал Максиму.— Входи, Макс. Что-то случилось? Войдя в комнату, Максим также как и я поморщился. Подойдя к моему учителю, он сказал фразу, которая повергла меня в шок.— Заместительница просила передать, что Ваша ученица задержалась по её вине. Зачем? Зачем заместительница заступается за меня? Что всё это значит? Почему она это делает? Всё это время моя судьба была ей безразлична, а тут вдруг такой интерес?— Это всё? — ошарашенно спросил учитель, он похоже тоже не ожидал такого.— Да. До свидания, — после этих слов он направился к выходу, но складывалось ощущение, что он не хочет этого делать, но вскоре дверная дверь захлопнулась за ним, и я осталась один на один с учителем. Почему-то мне не сильно нравилась эта ситуация. Учитель посмотрел на меня странным взглядом, от которого меня бросило в дрожь.— Кэтрин, иди, садись подле меня, — тихо сказал он, похлопал по дивану рядом с собой. Мне было страшно, но ещё сильнее я боялась ослушаться его слов, поэтому я выполнила эту его странную просьбу.— Знаешь, я тут подумал… ведь я твой учитель? — сказал он, обдавая меня запахом перегара.— Д-да, — запинаясь ответила я, понимая, что эта ситуация ни к чему хорошему не приведёт.— Тссс! — приложив палец к губам сказал он, — не сбивай меня с мысли. Так вот, если я твой учитель, почему я тебя ничему не учу? — начал философствовать он. — И знаешь… я пришёл к выводу, что надо бы изменить это. Поэтому сегодня я решил провести для тебе твой первый урок, — после этих слов он повалил меня на спину, придавив меня своим телом. Я начала вырываться, но это было тщетно, он крепко держал мои руки.— Что… что вы делаете!? — закричала я, не прекращая попыток вырваться.— Учу, — мягко сказал он, целуя в шею, от чего меня чуть не стошнило, — учу тебя быть женщиной… Он перехватил мои руки так, чтобы они у него были в одной руке, а второй начал задирать мою одежду, при этом он целовал мою шею, спускаясь всё ниже. Из моих глаз катились слёзы, но я этого не замечала, я продолжала свои попытки вырваться.— Нет! Стойте! Остановитесь! Кто-то нибудь, помогите! — безрезультатно кричала я. Он уже положил свою руку на мою грудь и начал её мять.— Ха ха ха! Кричи! Тебя всё равно некому спасать… — оторвавшись от меня сказал он, а потом вновь продолжил. И тут до меня дошло… он прав… меня никто не спасёт… НИКТО! Но… НО Я НЕ ХОЧУ ЭТОГО! Я НЕ ХОЧУ СТАНОВИТЬСЯ ШЛЮХОЙ! УЖ ЛУЧШЕ УМЕРЕТЬ! В моей голове созрел план, следуя ему, я перестала сопротивляться.— Правильно, не зачем сопротивляться, — ухмыльнулся он и ослабил хватку, чего я собственно и ожидала. Я сразу же освободила руки и, отстранив его немного от себя, ударила его со всей силы ногой в его промежность. Он этого явно не ожидал, пока он стоял согнувшись от боли, я побежала к выходу из дома, но этой возможности, увы, не дано было сбыться. Учитель нагнал меня возле выхода из дома и, схватив за запястье со всей силы потянул меня в противоположную сторону, при этом толкнув меня, от этого я упала на пол и содрала себе кожу на коленке. Когда я подняла глаза, он уже стоял надо мной и смотрел на меня свирепым взглядом, после чего он начал пинать меня ногами.— Ты! Ты посмела ударить меня! Своего учителя! Ты, отброс, должна быть благодарна за то, что я хотел переспать с тобой! Но я думала иначе. Я лучше умру от побоев, чем пересплю с таким как он! После получасового избиения, этот урод устал и крикнул:— Убирайся! С глаз моих долой! Всё настроение испоганила! Чёрт, и как ты прикажешь мне это сделать? Ты мне рёбра поломал!— Ты оглохла! Убирайся отброс! — крикнул он и пнул меня так, что меня отбросило от него к двери.. Я должна встать и уйти. Еле поднявшись на ноги, я побрела к выходу. Как только я вышла из дома, учителя все замерли. Они все всё слышали. ВСЁ! Но никто не захотел мне помочь. Даже сейчас ни у кого из них в глазах я не вижу жалости. У женщин взгляд полный отвращения ко мне, а мужчины, смотрят на меня похабно улыбаясь. Еле дойдя до своей землянки я сняла порванную одежду, промыла раны, одела другую одежду, взяла пакет с вещами для учителя и отправилась к Эльзе. К единственному человеку, который может поддержать и понять меня, но она никогда не узнает, о моей боли. Я ни за что не расскажу ей о ней. Я не помню, как добралась туда, в моей голове только отпечаталось осознание холода, что там был, но когда я открыла дверь усыпальницы, единственное, что я помню, это ошарашенный взгляд Эльзы, обращённый на меня, её голос отчаянно зовущий меня и руки моего истинного учителя, что дрожали от страха за жизнь своего ученика и её слезу, которая капнула мне на щёку, после я ничего не помню, только тьму…