Посмотрев в завтрашний день, она нашла обычную себя. Живую, метающую пули из пращи. Немного поборовшись со скребущими на душе кошками, она призвала Любопытного и отсоединила его дух от того, что называла его головой. Такое действие не ассоциировалось у неё с убийством: память, индивидуальность вороны у неё сохранилась, с духами должно быть так же.
Решившись, наконец, она выбрала клеточку ауры и разместила в ней сперва Любопытного, затем Упрямого. Голова закружилась, она пошатнулась и упала… в пропасть. Поверхность земли не встретила её, она не упала на мягкую шкуру, постеленную на полу юрты, а провалилась сквозь неё и, всё ускоряясь, полетела вниз. Ужас охватил её. Она падала в черноте в ещё большую черноту, не видя, а только чувствуя как увеличивается скорость с которой она несётся в бездну.
“Затухание! Здесь нет затухания!” — пришла ей в голову мысль. Она стала напрягать зрение, чтобы разглядеть что-нибудь вокруг. Ужас понемногу уходил: падение почему-то наполняло её энергией это прогоняло страх и даже доставляло удовольствие. Мимо иногда пролетали какие-то кляксы. “Другие духи земли” — решила она и сконцентрировала внимание на одной из них, чтобы успеть рассмотреть поближе. От проделанного мысленного усилия падение прекратилось. Сома висела и разглядывала кляксу аурным зрением.
Это не был элементаль земли. Это был элементаль огня! Она поняла это по злобе, исходящей из него. Клякса потянулась к ней, чтобы сожрать её ауру, она протянула к кляксе аурные руки и… оторвала ему голову! “Ну вот, теперь тебе нечем злиться!” — довольно подумала она и переместила внимание вверх. Тьма расступилась и она увидела солнце. Обычными глазами. Она стояла неподалёку от своей юрты и держала огненного в своих руках.
Ворона выпрыгнула на плечо, а затем взмыла в небо.
— Где-то и здесь встречались подобные кляксы, нужно найти и оторвать ему голову!
Понемногу расширяя круги и увеличивая высоту полёта, она вертела головой в поисках четвёртого, недостающего духа. Духи земли и воды остались там на земле. Это она их там оставила. Как она это сделала она не знала, она просто решила, что они останутся там и они остались. Раздумывая над тем, как же это так получается, она вдруг спикировала в пролетающее мимо пятно на ходу отрывая ему голову.
— Непоседа и Злой, сейчас посмотрим, что будет, если я соединю вас!
Она приземлилась у берега реки и всмотрелась в то, что могло получиться из этого. Большая огненная птица, ураганом летела над степью. У неё не получалось даже близко подлететь к самой себе: как только она снижалась ниже определённой высоты, всё внизу начинало гореть. И тело, её тело, тоже погибало от этого жара! Она не сможет становиться вороной, но… это получится, если Злого и Непоседу поселит в себе обычная Сома!
Получается, что аура должна быть одна! Нужно соединиться с телом. Держа в клюве свою добычу, она понеслась домой. “Всех четверых в одну клетку!” — решила она, набирая высоту.
Нападение
Отправив одно сознание в Эт, я доделывал своё ALU.
Пришлось пробные плетения переделать с четырёхбитных на девять бит. Я решил оснастить ALU несколькими совершенно одинаковыми аккумуляторами, нужно было определиться с их числом. Если аккумуляторов будет много, то большинство алгоритмов будут выполняться на регистровых переменных. Хотя предела по быстродействию вроде бы нет, но вдруг он всё-таки есть? Почему бы сразу не сделать сто двадцать восемь аккумуляторов? Селектор аккумулятора получился семибитным ну и я перешёл к девятибитной пробной архитектуре. Когда количество возможных команд превысит две, то опять придётся расширять шину, но это вроде несложно. Просто каждый опытный образец плетётся всё дольше и дольше.
Второй командой моего будущего ассемблера стала загрузка аккумулятора значением. Номер аккумулятора прописывается прямо в коде команды.
По аналогии с командой перехода по адресу, новая команда тоже состояла из двух слов: следующая за кодом команды ячейка содержит константу, которая попадёт в аккумулятор. Вроде бы всё хорошо, но расход памяти получился избыточный. Что переход по адресу, что загрузка значения — расходуют две ячейки. Две сто двадцати восьми битные ячейки! Это конечно фигня, но мой перфекционизм это задело и я сделал ещё две версии для каждой из команд, помещающиеся в одну ячейку. Если адрес или загружаемое число меньше чем 2^112, то можно экономить память программ.