Я стоял на крыльце и смотрел вслед. Баранов вышел из дома, встал рядом.
— Прекрасная барышня, — заметил он. — И отец у нее влиятельный. Александр Дмитриевич, вам повезло с таким знакомством.
— Посмотрим, Иван Петрович. Послезавтра князь приедет, тогда и выяснится, насколько мне повезло.
Баранов хлопнул меня по плечу.
— Не сомневайтесь! Мельницу покажете, князь ее оценит. Заказ получите, карьера пойдет в гору.
Я кивнул, и мы отправились на ужин. Солнце село, сумерки сгущались. Нужно будет с утра проверить все соединения. Скоро пробный пуск машины.
После ужина отдохну несколько часов, потом седлаю лошадь и поеду в усадьбу Оболенского. Главное не упустить шанс.
Глава 9
Подготовка
Я вышел из гостевой комнаты в имении Баранова после полуночи. В доме все спали, только в коридоре тускло горела керосиновая лампа. Тихо спустился по лестнице и вышел через черный ход.
Конюшня стояла в стороне от дома. Я прошел туда, отпер дверь. Внутри пахло сеном и лошадьми. Взял седло, накинул на гнедую лошадь, на котором приехал сюда. Тоже смирная, как и другая лошадка до этого, я на ней уже ездил к Оболенскому. Затянул подпругу, вывел лошадь наружу.
Сел в седло и тронул поводья. Лошадь пошла шагом по дороге к воротам имения. Ночь темная, но звездная, небо усыпано мелкими огоньками, луна в последней четверти давала скудный свет. Дорога видна, этого достаточно.
Выехал за ворота, повернул налево, на проселок ведущий к усадьбе Оболенского. Расстояние верст пять-шесть, час неспешной езды. Тем более, я там уже бывал несколько раз по ночам.
Лошадь шла ровной рысью. Вокруг тишина, только цикады стрекотали в траве да изредка ухала сова в лесу. Я ехал молча, думал о предстоящей встрече.
Проехал мимо деревни. Темные избы, спящие под соломенными крышами. За забором залаяла собака, но не вышла со двора. Дальше лес, дорога петляла между деревьями. Выехал на поляну, впереди показались огни усадьбы.
Усадьба Оболенского темнела среди деревьев. Старинное имение, принадлежащее дальнему родственнику Елизаветы. Барский дом в стиле классицизма с колоннами и мезонином. Справа флигель поменьше, там живет Елизавета.
Я объехал главный дом стороной, направился к флигелю через парк. Спешился, привязал лошадь к дереву подальше от окон. Прошел по дорожке к флигелю.
Небольшое здание в два окна, крыльцо с резными перилами. В одном окне слабый свет, еле заметно шевельнулась занавеска. Окно приоткрыто, как она и говорила.
Я поднялся на крыльцо, постучал тихо в дверь, три раза, негромко.
Дверь открылась почти сразу. На пороге стояла Елизавета, в белой ночной сорочке и легком пеньюаре из кружев. Волосы распущены по плечам, ноги босые. При свете свечи кожа казалась золотистой.
— Александр, — прошептала она, отступая. — Входи, быстрее.
Я вошел, она закрыла дверь за мной, повернула ключ в замке. Мы стояли в небольшой прихожей и смотрели друг на друга.
— Я ждала тебя, — сказала она тихо. — Боялась, что не приедешь.
Я снял шляпу и положил на столик у стены. Расстегнул сюртук.
— Обещал и приехал.
Елизавета шагнула ближе, положила руки мне на грудь и посмотрела в глаза.
— Я скучаю по тебе. Хочу все время быть рядом с тобой.
Я обнял ее за талию и притянул к себе. Она прижалась и подняла лицо. Я поцеловал ее, сначала легко, потом сильнее. Она жадно ответила, обвила руками мою шею.
Мы стояли так, целуясь, несколько минут. Потом она отстранилась, взяла меня за руку, повела через темный коридор в спальню.
Спальня освещалась несколькими свечами, на комоде, на столике у кровати. Камин горел, бросая теплые отблески на стены. Большая кровать с балдахином, покрытая белым покрывалом. В углу кресло, на нем сложена одежда Елизаветы.
Она повернулась ко мне и развязала пояс пеньюара. Пеньюар соскользнул на пол. Под ним тонкая сорочка, сквозь которую просвечивало тело.
Я обнял ее, провел руками по спине, по бедрам. Она задрожала и сильнее прижалась ко мне. Я поцеловал ее шею и плечи. Она запрокинула голову и тихо застонала.
Мы двигались к кровати. Я стянул с нее сорочку через голову, она осталась обнаженной, кожа гладкая и теплая. Я быстро разделся и бросил одежду на кресло.
Мы легли на кровать. Она притянула меня к себе, продолжая жадно целовать, царапала спину ногтями. Я гладил ее, целовал грудь и живот. Она шептала мое имя, часто дышала.
Я вошел в нее, она выгнулась, обхватила меня ногами. Мы двигались вместе, быстро и страстно. Она легонько покусывала мне плечо, негромко стонала. Я чувствовал, как она напрягается, как содрогается. Еще несколько движений и я тоже достиг пика, замер, обессиленный.