Семен заметил меня, выключил станок и обернулся:
— Александр Дмитриевич, здравствуйте! Приехали проверить?
— Здравствуй, Семен. Да, проверяю. Как дела?
— Хорошо, — ответил он, вытирая руки о тряпку. — Всера доделали насос для пожарных, по новой конструкции, что вы чертили. Напор еще сильнее прежнего, Крылов зело рад был. Сегодня заготовки точу для оружейного завода.
— Отлично. Покажешь насос перед отправкой.
Я прошел дальше, к двери, ведущей в пристройку. Толкнул и очутился в соседнем помещении.
Пристройка просторнее казенной мастерской, сажен семь в длину, четыре в ширину. Стены деревянные, бревенчатые, проконопачены мхом. Потолок тоже высокий, стропила массивные. Окна большие, вдоль обеих стен, стекла чистые, оттуда щедро лился свет.
Пол застлан крепкими дубовыми досками, по ним еще можно ходить без скрипа. Вдоль стен новые верстаки, только месяц назад еще привезли. На них аккуратно разложены инструменты: напильники, метчики, плашки, ключи и молотки. На полках банки с болтами, гайками, шайбами и медными деталями.
У дальней стены стоял большой токарный станок, купленный на деньги Баташева. Рядом сверлильный станок, тоже новый. У окна горн поменьше, чем в казенной части. Посередине помещения на деревянных подставках стояли шесть готовых насосов среднего типа.
Морозов работал у токарного станка, тоже вытачивал медный цилиндр. Бывший фельдфебель, мой правая рука. Лицо обветренное, загорелое, усы седые, коротко подстриженные. Одет в рабочую куртку синего сукна, штаны заправлены в сапоги.
Услышал мои шаги, обернулся и выключил станок:
— Александр Дмитриевич! А мы вас ждали! Насосы готовы, хотели показать.
— Здравствуйте, Семен Васильевич, — поздоровался я. — Покажите, давайте посмотрю.
Я подошел к готовым насосам, стоявшим на подставках. Внимательно осмотрел.
Насосы среднего типа, для мастерских и небольших фабрик. Высотой около аршина, чуть повыше.
Корпус цилиндрический, из меди, блестящий, отполированный до зеркального блеска. Сверху железная рукоятка для накачки, окрашенная черной краской, с деревянной ручкой. Сбоку выходной патрубок с резьбой для шланга, резьба нарезана ровно, витки четкие. Снизу клапаны, закрытые медными крышками на болтах.
Основание широкое, устойчивое, с четырьмя отверстиями для крепления к полу.
Я взял первый насос, попробовал приподнять. Он тяжелый, пудов пять, не меньше. Провел рукой по корпусу, везде гладко, без заусенцев, швы ровные. Хорошая пайка.
Попробовал качать рукоятку вверх-вниз. Ход плавный, без заеданий, без скрипа. Слышно тихое шипение воздуха, проходящего через клапаны, все работает правильно.
Взял ключ с верстака, открутил медную крышку клапана и заглянул внутрь. Клапан состоял из нескольких медных пластин, уложенных одна на другую, между ними кожаные прокладки. Пластины ровные, без трещин, края обработаны напильником. Прокладки из толстой кожи, вырезаны точно по размеру, без зазоров.
Закрутил крышку обратно.
Проверил второй насос. Все так же: ход плавный, клапаны чистые, швы ровные.
Третий насос. Попробовал качать рукоятку, все нормально. Открутил крышку клапана, осмотрел, тут тоже порядок.
Проверил выходной патрубок. Провел пальцем по резьбе и тут почувствовал шероховатость. Присмотрелся внимательнее. Резьба нарезана неровно, витки идут с небольшим перекосом. Шланг можно навинтить, но пойдет туго, вдруг заест и остановится в самое неудобное время.
— Морозов, — позвал я. — Подойдите сюда
Морозов тут же подошел, встревоженно глядя на меня:
— Слушаю вас, Александр Дмитриевич.
Я показал на патрубок:
— Резьба нарезана неровно. Видите? Витки идут наискось. Нужно переделать.
Морозов присмотрелся и нахмурился:
— Точно, перекосило. Тут Ваня нарезал, видать, плашку вел криво. Переделаем, конечно.
— Хорошо. Остальные насосы я проверил, все в порядке. Вот этот один исправьте, потом можно отправлять заказчикам.
— Слушаюсь, Александр Дмитриевич. Сегодня же переделаем.
Я обошел насосы еще раз, осматривая со всех сторон. Работа добротная и аккуратная. Севастопольцы хорошо научились, делают почти без ошибок.
— Семен Васильевич, — сказал я Морозову. — Садитесь, поговорим.
Мы прошли к углу пристройки, где стоял небольшой столик и два табурета. Сели. Морозов достал кисет, скрутил цигарку, закурил. Предложил мне, но я отказался, не курю. Слегка тревожился, посматривая на меня.
— Заказы есть? — спросил я.
— Есть, — кивнул Морозов, выпуская дым. — Эти шесть насосов уже расписаны по заказчикам. Два купцу Яшкину для его мыловарни, два купцу Ануфриеву для кожевенного завода, один помещику Оболенскому для усадьбы, один купцу из Калуги, он прислал письмо и заказал через знакомого.