На четвертый день башня достигла полной высоты, восемь саженей. Наверху сделали площадку из толстых досок, на ней будет стоять резервуар. Площадку обнесли перилами для безопасности.
Поставили лестницу внутри башни, крутую, с перилами, чтобы можно было подниматься для обслуживания резервуара.
На следующий день обшили башню досками снаружи, для защиты от ветра и дождя. Крышу сделали двускатной, обили железом.
Наконец башня встала рядом с госпиталем, высокая, крепкая, добротная.
В тот же день привезли резервуар от бондаря. Большой деревянный бак, стянутый толстыми железными обручами от Баташева.
Поднять его наверх оказалась непростая задача. Бак тяжелый и громоздкий.
Я придумал слегка усовершенствованный подъемник. Мы установили сверху на площадке блок, пропустили через него толстый канат. Снизу привязали канат к резервуару, сверху намотали на ворот. Десять человек начали крутить ворот, резервуар медленно пополз вверх.
Я стоял внизу, следил, чтобы резервуар не раскачивался, не задевал балки.
Поднимали около часа. Медленно, осторожно. Наконец резервуар оказался на площадке. Артельщики затащили его полностью, установили на деревянные подкладки, выровняли по уровню и закрепили болтами к площадке.
Я поднялся по лестнице, проверил установку. Резервуар стоял прочно, не качался, не болтался. Крышка на петлях, открывалась легко. Люк для залива воды сверху. Выходной патрубок в нижней части, к нему будет подключаться труба.
Спустился, дал знак Осипову.
— Все отлично, с башней закончили, стоит крепко. Теперь ставим насос.
Насос привезли из мастерской на следующий день. Семен Косых, Трофим и Филипп затащили его на телегу и привезли к госпиталю.
Установили рядом с колодцем. Бронзовый цилиндр на прочной раме, конный привод сбоку, простой механизм, конь ходит по кругу, вращает вал, который крутит насос.
Входной патрубок насоса опустили в колодец, выходной соединили с трубой, идущей вверх в резервуар на башне.
Испытали. Запрягли лошадь, которую одолжил доктор Скрябин из больничной конюшни. Конь пошел по кругу, насос тут же заработал. Вода пошла вверх по трубе, полилась в резервуар.
Поднялся на башню, проверил, как там дела. Вода наполняла резервуар, уровень рос на глазах. Отлично.
Спустился, остановил насос. Резервуар заполнился на треть, этого достаточно для проверки.
Следующая неделя ушла на прокладку труб внутри здания.
Баташев привез медные трубы, краны, фитинги, точно в срок. Все детали качественные, без брака.
Я с мастеровыми и четырьмя больничными служителями начал монтаж.
Сначала главная труба от резервуара вниз. Закрепили ее вдоль внешней стены башни, потом через окно подвала ввели в здание.
В подвале проложили трубы под потолком. От главной трубы пошли ответвления, к кухне, к прачечной, к палатам, к операционной.
Копали каналы в стенах, закладывали трубы, замазывали раствором. Служители помогали, месили раствор, подавали инструменты, придерживали трубы.
В каждой палате вывели трубу к стене, установили кран. Под краном поставили раковину, медный таз на кронштейнах.
На кухне три крана, один у печи, два у рабочих столов.
В прачечной два крана над большими корытами.
В операционной три крана, один у рукомойника, два у столов для инструментов.
Работа шла медленно, кропотливо. Каждое соединение труб нужно было тщательно паять, проверить на герметичность.
Соединения паяли Семен Косых и Трофим. Нагревали паяльники в переносной жаровне с углями, прикладывали к месту соединения. Припой плавился, затекал в щель и застывал прочным швом.
Я проверял каждый шов и кран.
Доктор Скрябин заходил каждый день, наблюдал за работой. Иногда приводил сестер милосердия, показывал новые краны в палатах.
— Вот, видите? Скоро вода будет течь прямо здесь. Не нужно будет таскать ведра из колодца.
Сестры смотрели с любопытством и недоверием.
— А правда будет течь, Петр Иванович?
— Правда. Капитан Воронцов знает свое дело.
Через три недели после начала работ все было готово. Башня гордо высилась рядом с больницей, резервуар установлен, насос работает, трубы проложены, краны установлены.
Оставалось последнее испытание, пустить воду по всей системе.
Я договорился с доктором Скрябиным о торжественном пуске. Пригласили Беляева, нескольких чиновников из управы, главного архитектора города.
Собрались во дворе больницы в ясный летний день. Осень уже витала в воздухе, воздух свежий, прохладный.
Беляев стоял рядом со мной, смотрел на башню.
— Впечатляет, однако. Высокая какая!