Колман всю дорогу молчал за что ему отдельное спасибо, видимо и правда боялся, что она может передумать.
Подхватив свою длинную юбку, и изо всех сил стараясь не морщиться от перезвона цепочек на груди, Марина вышла из повозки с тоской проводив взглядом двух девушек, одна из которых была одета в широкие светлые штаны с высокой талией.
Марине удалось подавить раздражение на неудобную одежду исключительно благодаря мыслям о том, что сначала она получит свое бюро, а уже потом займется гардеробом. Обязательно займется иначе все окружающие будет иметь дело со злой и недовольной Марин Юрьной с непрекращающейся мигренью от металлического звона бесполезных украшений, а не с милой и доброй Мариэль.
Нотариусом оказался добродушный, улыбчивый гном, который только взглянув разок на завещание сразу же ей разонравился, потому что говорил совсем не то, что она хотела услышать. Вот ни разу еще ее чуйка не подводила, и Марина еще до прихода сюда знала, что просто не будет.
— Неужели совсем ничего нельзя сделать лир Килдрури? — захлопала Марина глазами надеясь, что это вышло трогательно.
— Простите, лира Мариэль, но с завещаниями дела обстоят иначе, чем с дарственными, — развел руками гном. — Если ваш отец решил, что поместье достанется дочери, а бюро сыну, то так оно и должно быть.
Марина закусила губу, размышляя, что делать дальше. Вроде и хороший нотариус этот Килдрури, но он даже ни одного обходного варианта не предложил. Не бывает такого, уж она-то знает.
Взяла еще раз завещание, пробегая глазами по строчкам. А что, если…
— А что, если мы напишем с братом расписку, в которой будет указано что он передает мне бюро, а я ему поместье, оставляя себе, скажем, лишь один процент владения? С технической точки зрения завещание не будет нарушено и в нем не указано, что приемник должен владеть поместьем или бюро полностью. В конце концов мы не отдаем наследие семьи в чужие руки, а лишь обмениваемся им с братом. Он по-прежнему будет владеть бюро, а я поместьем, но всего лишь на один процент.
Густые брови гнома уважительно дрогнули и он усмехнулся, тоже быстро пробежавшись глазами по завещанию.
— Думаю это возможно устроить лира Мариэль, — ей захотелось закричать, почему он тогда сам этого не предложил, но она лишь улыбнулась, вспомнив о том, что в любой бюрократической конторе с легкостью позабудут обо всем, лишь бы бумажки не заполнять. — Правда владеть можно минимум тремя процентами, меньше по закону не получится. Вас это устроит?
— Более чем, — выпалила Марина и посмотрела на брата. — Тебя устраивает?
— Да, да, конечно, — закивал Колман.
Килдрури работать и заполнять кипу бумаг явно не хотел, поэтому предпринял еще одну попытку.
— По закону лицо без специального образования не может владеть конторой, которая связана с рисками для здоровья граждан и наемных работников, а строительная сфера к таковой относиться, — и с надеждой спросил: — Лира Мариэль какое у вас образование?
Гнома пришлось расстроить.
У Мариэль есть диплом инженера из местной академии, так что хотя бы с этим проблем не будет и они под грустные вздохи Килдрури принялись заполнять бумаги.
Подумав о том, что и у брата есть такой же диплом Марина грустно усмехнулась. Ни Колман, ни Мариэль инженерами быть не хотели, но отец заставил, и они отучились лишь бы тот отстал, а после окончания учебы шатающийся шкаф дипломом подпирали.
У Марины в университете тоже был знакомый из семьи потомственных инженеров, который еле успевал сдавать долги, чтобы его не отчислили, набирая при этом новые. Спустя пять лет знакомства он признался ей, что на самом деле хотел стать психологом и помогать людям в трудных ситуациях, но родители заставили его поступить в строительный. Для Марины психолог и строитель находятся друг от друга на том же расстоянии, что и Китай с девятым спутником Сатурна, но видимо родители парня решили, что знают лучше, что их сыну нужно.
Вот и у них папаня решил, что дети будут инженерами, хотя Мариэль хотела стать актрисой, а Колман вроде как с лошадьми любит возиться, но ни одна из этих профессий не достойна семьи Бламонтов, поднявшихся из грязи в князи. Отец явно был не рад, что его дети хотят заниматься такой скверной работой, позоря семью и продавил авторитетом, а детки послушались и по итогу имеем, что имеем. Двое несчастных, один из которых практически убил второго.
Спустя почти три часа и гору заполненных бумаг Марина вышла от нотариуса радостно прижимая к себе толстую папку, в которой было указано, что она теперь владелица конструкторского бюро аж на целых девяносто семь процентов!