— Ничего, ничего. — Эмили широко заулыбалась и захлопала в ладоши. — Чай это здорово, спасибо!
— Да не за что. — Ответил Энди с легкой улыбкой, встал и направился к плите с чайником и полками с чаем и сладостями.
Уже вставая, Энди подумал о том, что категоричное “нет” говорить ему не хочется. Такое отношение сначала показалось ему абсурдом, но, откровенно говоря, когда первый шок прошёл, на передний план вышел неподдельный интерес. Судя по полученной информации и его собственным домыслам, выходило, что в его типаже заинтересована какая-то очень состоятельная и, возможно, известная женщина. И, вероятнее всего, даже не страшная. Это заинтриговало и взбудоражило его фантазию. Эмили, разумеется, была права — Энди не был ретроградом и не имел никаких закостенелых представлений относительно секса и культуры, которая складывалась вокруг него. Но и не смотрел на секс сугубо утилитарно. Он влюблялся, ему нравились эти переживания и чувства, и секс с ними всегда был гораздо более насыщенным и приятным, чем во время случайных связей. Ему не были чужды романтические веяния, однако он никогда бы не сказал, что ему не интересен секс без подобных переживаний. Очень интересен. За примером далеко ходить не надо. Вчерашнее знакомство с Кэт и оральные ласки через несколько часов после встречи явно указывали на следующее: чтобы завестись и начать получать удовольствие, ему не нужно сначала влюбиться и окутать отношения романтическим ореолом. Мысль о том, что утренние переживания о Кэт были вызваны чем-то большим, чем просто восторгом от неожиданного знакомства, вызвали у Энди улыбку, которая, впрочем, продержалась недолго. Мимолётный, но ощутимый укол досады пронзил его сердце. Конечно он не влюбился, но она его зацепила. Это нужно было признать. Зацепила и поимела. Следом за досадой последовало ощущение, которое возникает, когда тебя кинули. От такого коктейля переживаний Энди стало немного не по себе. Давненько у него не было такого “веселья” в жизни.
— Черный, зелёный, белый, травяной? — Спросил Энди, повернувшись к гостям после того, как закипевший чайник вывел его из состояния задумчивого созерцания стены.
— Мне зелёный. — Ответила Эмили.
— А с ромашкой можно? — Спросил Мирослав.
— Конечно.
— Отлично. Мне тогда его, пожалуйста.
— Я обычно перед сном его только пью. — Произнёс Энди машинально.
— Я тоже. Просто я увидел у тебя коробку и что-то очень захотелось. — Ответил Мирослав.
— Ха, понимаю. — Энди улыбнулся. Эта парочка была чрезвычайно приятной в общении и ощутимо располагала к себе: как свидетели Иеговы, только наоборот. Аргументом в пользу согласия это не являлось, но их открытость и манеры создавали вокруг процесса вербовки максимально положительную и доверительную атмосферу. И это не беря в расчёт заигрывания девушки, смысл которых, однако, оставался неясен.
Поставив чай и сладости на стол, Энди вернулся на свой стул и вновь погрузился в размышления, всем видом показывая, насколько они серьёзны. Гости тактично решили не вмешиваться, если не считать периодических многозначных взглядов Эмили, и молчаливо сосредоточились на чаепитии.
Самой весомой причиной сказать “нет” было устоявшееся течение его жизни, со спокойной работой, с понятными правилами и достаточным временем в том числе и на секс. И как бы ни ехидничала Эмили, но работа инженером ему действительно нравилась. Энди был погружен в проектирование со времен университета, и у него всё получалось. Его навыки общения и умение находить общий язык с коллегами позволяли ему думать о лидерских ролях в будущем, а это могло сулить карьеру совершенно иного уровня. Но для этого нужно было оставаться на острие индустрии, быть максимально погруженным в контекст и не отвлекаться ни на что. И это, не говоря уже про стартап, над которым они с коллегой и другом уже работали и планировали официально запустить в ближайшем будущем. К тому же, Энди научился достаточно эффективно совмещать работу, секс и другие радости жизни, и в этом отношении его всё более чем устраивало. Его жизнь не изобиловала событиями или сверхъяркими эмоциями, но язык бы не повернулся назвать её скучной и монотонной. К тому же, он очень не любил слишком резкие изменения, даже временные. Это заставляло его чувствовать дискомфорт и психологическое напряжение, а он это ненавидел. Но те изменения, что сулило это предложение, сходу оказались окружены таким приятным и тешащим его самолюбие ореолом, что их резкостью и внезапностью, казалось, можно пренебречь.
Перспектива заниматься сексом не с молоденькими девочками с горящими глазами и выдержкой на всю ночь, а со зрелой женщиной со своими загонами и требованиями не была радужной, но при имеющихся вводных не отталкивала. Да и в качестве нового опыта это наверное могло бы быть интересно. Но нужен ли был ему такой опыт? Энди сомневался. А вот какой опыт ему был действительно нужен, так это опыт повторного общения с Кэт. Размышляя над этой ситуацией, он то и дело мысленно возвращался к этой девушке и испытывал в такие моменты довольно противоречивый набор чувств и эмоций. Совершенно ясно было одно — больше всего сейчас он хотел с ней встретиться и поговорить. Он хорошо запомнил вчерашний блеск в её глазах и чувствовал, что готов расшибиться об пол, лишь бы поговорить с ней ещё раз и узнать её версию случившегося. Обида никуда не делась, но она меркла на фоне воспоминаний прошлого вечера. Но и, конечно же, он был просто обязан узнать, что значит в реальности такое нереально высокое значение коэффициента совместимости. Деньги-деньгами, но, возможно, шанс на миллион был именно вчера, а не сегодня.