Ломагин заставил себя отвернуться от этого зрелища и так быстро, как мог, бросился в сторону выхода из зала. Совсем рядом рухнул кусок опоры. Скорее! Еще немного — и здесь все рухнет ко всем чертям!
Позади громыхал обломками Иерихон — он, похоже, на какой-то момент потерял ориентацию в пространстве — и это было шансом Ломагина.
Бежать. Пока еще есть возможность.
Дыхание обжигало горло. Сейчас у Ломагина не было времени, чтобы позаботиться о своих ранах. Сейчас важным было лишь одно: бежать.
Пол и стены коридора тряслись, как при землетрясении, с потолка сыпалась пока еще только пыль, но судя по тому, как он угрожающе трещал, вот-вот на голову Ломагину могло упасть и что-нибудь потяжелее. Иерихон в ярости крушил местность, стремясь добраться до обидчика.
Плевать на боль. Плевать на усталость. Только бежать.
Через служебное помещение инженер почти пролетел. Скорее! Еще один удар сотряс сектор от самого основания до антенн поддержания связи. Позади что-то загрохотало, потом раздался приглушенный визг.
Михаил со всех ног бросился к люку в следующий ярус — если повезет, он не разделит судьбу того неудачника. Добравшись до люка, он в отчаянии ударился об него всем телом — и только потом разум взял верх, заставив успокоиться и активировать механизм. И все равно люк открывался слишком медленно…
Скорее!
Едва люк достаточно приоткрылся, Михаил ужом ввинтился внутрь, зашипев от боли, когда задел переборку рукой. Перед глазами промелькнули цифры. Наверное, галлюцинации. Затравленно оглянувшись, он влетел к лестнице и как кипятком ошпаренный взбирался наверх. Через несколько секунд ослепительно-яркая вспышка заставила его зажмуриться. Поверхность!
Через двадцать минут ему удалось выйти на трассу. Автостоп, конечно, самая глупая из затей, но сюрпризы на этом не заканчивались! Малиновая «шестерка» соизволила остановиться после пяти минут ожидания. Из салона доносился пресловутый «За тебя калым отдам, душу дьяволу продам! И как будто бы с небес — все к тебе толкает бес». Характерные черты лица водителя подтверждали теорию о его национальности.
— Дарагой, ты чито здесь забыль? Опасно же, всякое шайтан-отродье ходит-бродит! Ой, это че, базука?.. — Оповестил его, поправляя «восьмиклинку».
— Мне нужно в больницу. Я военный инженер-химик военной службы.
— Фигня вапрос, брат, нам па пути. Садись, инженер-джан.
Глава седьмая. Новые лица.
Поездка помогает мне восстановить силы после стычки с червяком-переростком. Неужели заражение способно перевернуть физиологию вверх тормашками? Необузданная сила матушки-природы… Что это может быть? Эволюционный химерный, вызывающий мутации инфекционный возбудитель, который может воспроизводиться только внутри живых клеток других организмов? Экстрагированный и синтезированный злобной корпорацией при использовании образцов крови нулевой пациентки, которая была заражена этим вирусом? Допустим, после заражения, вирус «встраивается» и активирует бесполезные ДНК организма, провоцируя биологические изменения, которые создают (и пересоздают) «живой» разум в зараженном существе. Тогда он действует путем влияния на белки, кодирующие участки промоторов интронов, в каждой клетке. Как и ретровирусы, он содержит молекулу РНК и фермент обратной транскриптазы, позволяющий вирусу, внедрять свой вирусный ДНК-геном в генетический материал живых организмов. Он внедряется, переделывает «под себя» и изменяет клетки, активируя при делении ранее бесполезные некодируемые участки ДНК. Возможно, эти изменения вполне способны играть радикальную роль (какой-то процент заболевших погибают от тяжелой органной недостаточности и клеточного насыщения). Занимательная гипотеза, но мое образование не позволяет быть уверенным на все сто, да и биологию в школе не особо любил.
— Что-то ты умольк, рана пабаливает? — Вежливо пытается завязать диалог Харис.