— Так, товарищ Репнин, тут я вижу себя. Удивительно! Это явно где-то под Новороссийском! Значит, и Ваш отец здесь имеется?
— Да, товарищ Брежнев. Слева от Вас через одного командира, лейтенант Василий Репнин. Извините, но он часто вспоминал Вас с теплом. Потом его перевели в танкисты. Войну закончил капитаном, командиром танковой роты ИС-2. Дошёл до Вены.
После моих слов наш вождь не выдержал и сам схватился за фотографию. Чуть позже его взгляд сильно потеплел.
Так я его нисколько не обманывал. Согласно памяти Вячеслава, так и было. Его отец в семнадцать лет, после школы, был направлен на учёбу в артиллерийское училище, а затем в сорок третьем году он попал и на Северо-Кавказский фронт. Военная судьба. Вот там и была сделана групповая фотография с самим дорогим Леонидом Ильичём. Правда, тогда шли ожесточённые бои и в самом Кириши, и он был весь разрушен. Хотя, многие родные Вячеслава успели эвакуироваться. И рассказы отца сыну были, в том числе и об одном полковнике, конечно, уже тогда, когда он возвысился.
— Вижу, товарищ Репнин. Вы сильно похожи на своего отца. Да, похоже, что некоторые товарищи всё-таки неправильно выразились насчёт Вас. И отец у Вас настоящий герой, так Вы и сами достойно проявили себя. Хотя, всё-таки поменьше увлекайтесь Западом и ресторанами. Мне уже доложили, что Вы ещё и неплохой инженер, и какой-то «Магический кубик» придумали, так и разработали свою модель стиральной машины.
— Да, товарищ Брежнев. Хоть основную часть рабочего времени мне приходится уделять военной технике, но хочется внести и свой вклад в улучшение жизни советских людей.
— Что же, похвально, товарищ Репнин. О Вашей стиральной машине рассказали много хорошего. Мы думаем, что её обязательно надо запустить в производство. Пока на Вашем Кировском заводе, а потом и на других предприятиях. Так что, старайтесь. Успеха Вам, товарищ Репнин, и счастья Вашей семье!
— Спасибо, товарищ Брежнев! Постараюсь оправдать Ваше высокое доверие! И машина будет, и музыка!
Ну, всё, приговор не состоялся! Теперь вряд ли кто ко мне придерётся! Можно сказать, я полностью оправдался. А что, у меня отец вместе с самим дорогим Ильичём воевал! Он поддерживал артиллерийский огнём легендарную Малую Землю! Я, получается, как бы не выслуживался перед вождём, а написал песню в память о своём отце! Пусть кто попробует доказать иное!
Глава 21
Малая Родина…
Больше ко мне особых внимания и почестей не было. Да и не хотелось. Лучше подальше от царских милостей и гнева. Тем более, я в чём-то признании уже не нуждался. Главное, во мне появилось глубокое моральное удовлетворение. Не знаю, что там подвигло лиц наверху, но отцу Вячеслава заслуженно присвоили зажатое когда-то звание Героя Советского Союза! И, на самом деле, геройский был мужик! И сам парень тоже! Теперь на моей груди красовались и два ордена Красной звезды. Тоже боевые награды! Лично сам четырёх шпионов взял! Ведь не растерялся и за Союз отомстил!
Но вот к жестокостям и правилам жизни, особенно в общении с женщинами, Вячеслав всё же оказался неприспособленным. Хотя, и Николай тоже. Если честно, и сам тоже. Всё-таки я в основном как бы Николай, но во мне много и от Вячеслава. И его тело влияет, так и мысли тоже. Тоже не способен защититься от женских коварств, так и подлостей в отношении них не приемлю. У меня одна надежда, что Инга как-нибудь достойно оценит своего мужа. Если и не полюбит, то не будет меня предавать! Бросить её и своих детей — а в этом, раз их схожесть со мной начала проявляться всё сильнее, сомневаться не приходилось, я просто не мог. И мысли насчёт гулянок на стороне приходилось отбрасывать. Воспитание, к сожалению, советское. Пусть даже многие женщины и девушки теперь нежно поглядывали и в мою сторону. Понятно, что в основном такие же стервы, хоть и не хотелось так думать, как Инга и её подруги. Скорее, и опаснее? Ну, их, лесом! После сегодняшнего награждения придётся сильно думать о своём моральном облике. Что можно другим, мне сразу же будут тыкать в глаза. Придётся точно терпеть, пока Инга не уйдёт сама!
Чуть позже ко мне подошёл один из помощников вождя и попросил на время предоставить для копирования фотографию, так и записать рассказы отца, что мне помнилось. Ещё он выпросил, где я остановился. Хотя, только для приличия. Получив ответ, что в гостинице «Москва», он отстал от меня. Как будто об этом не знал.