Замученные не были докторами или пациентами — все они были санитарами, вместе с которыми сталкивался ежедневно…
В первом человеке, которому выдернули ребра и отрезали руки и ноги, узнал старшего смены, который периодически ругал практикантов. Теперь от его некогда грозного вида не осталось и следа, на его лице с застывшей гримасой боли не выражалось ничего, кроме нечеловеческого ужаса.
Второй убитый со вспоротым животом был единственным человеком, который кое-как общался со мной вплоть до моего перевода в разряд подопытных. Это был смешливый и несерьезный человек, постоянно рассказывавший невероятные истории про докторов и администратора, в которые в упор отказывался верить, и которые в итоге оказались чистой правдой… Словно зная эту его особенность, мучитель зашил ему рот…
Посмотрев на застывшее в невыносимом страдании лицо третьего санитара, сквозь сковывающую сознание жуть узнал в нем того человека, кто постоянно избивал пациентов в отделении, включая Моргана и Эндрю, и с кем устроил драку однажды, вступившись за Кэссиди Рид. Он отомстил мне за разбитую губу, ударив меня ногой в живот, когда охранники тащили меня в подземную лабораторию через всю клинику. Теперь с него содрали кожу живьем…
Совсем не считал этих людей своими приятелями, но все же мы работали вместе два с половиной месяца. Здоровался с ними за руку, разговаривал с ними, пытаясь донести до них, что их поведение неприемлемо. Вид их изувеченных тел вызвал во мне просто неописуемый шок, граничащий с помешательством.
Ничего не соображая, резко развернулся и вышел обратно в коридор. Меня всего трясло. Не представлял, кто в мужском отделении мог оказаться способен на такое, но в мыслях вертелись последние слова Эндрю: «Он долго ждал этот момент». Коэн.
Не успел как-то обдумать происходящее, потому что в следующее мгновение из расположенной в нескольких метрах соседней процедурной неспешно вышел высокий, накачанный человек, который замер, увидев меня. Почувствовал, сейчас мое сердце остановится от непереносимого ужаса, не смел даже сделать вдох, смотря на того, кто теперь стоял передо мной. Это был он, человек, который обрек меня на все эти мучения. Доктор Коэн.
Прищурившись, Коэн придирчиво посмотрел на меня.
— Вы ещё живы, коллега? Вот уж не ожидал, — пробормотал он себе под нос, продолжая пялиться на меня.
От его внешнего вида меня окончательно парализовал немой ужас. Он был раздет по пояс — лишь бедра были обвязаны неким подобием кусков жесткой штанины из промышленного волокна, который был покрыт пятнами свежей крови. Правая рука администратора была обмотана непонятными проволочками с мелкими крючками, которые оканчивались иглами, введенными в его вены. Страшное лицо было наполовину скрыто хирургической маской. Выглядел потрепанным: должно быть, схватка с кем-то из пациентов не прошла для него бесследно. Довершали страшную картину его замысловатые хирургические очки с фонариком. Точно сбежал из какой-то компьютерной хоррор-игры! Обвел его обезумевшим от страха взглядом, остановившись на зажатых в правой руке знакомых мне до боли реберных ножницах, которыми он тогда водил по моему лицу, еще в мою бытность врачом. Это был его любимый инструмент, не приходилось сомневаться.
— Как ваши дела, а, коллега? — меня вывел из оцепенения притворно ласковый голос Коэна. — Видок у вас потрепанный.
Он сделал шаг по направлению ко мне, и я закричал:
— Стойте там! Не подходите!
— Вы же меня знаете, — протянул Коэн, не останавливаясь.
— Вот именно, что знаю! — истерично прокричал. — Не смейте приближаться ко мне!
Администратор все же остановился. Повисла напряженная пауза, нарушаемая лишь моим нервным дыханием, похожим на всхлипы. Бродя по запутанным коридорам лечебницы, не раз задумывался над тем, как поведу себя, если столкнусь с этим чокнутым выродком, который обрек меня на такие ужасные страдания. Думал, сразу же ударю его без лишних раздумий, но в реальности оказался не способен даже сказать ему что-то. Всегда испытывал страх перед этим жестоким мерзавцем, с самого первого дня, когда он впервые посмотрел на меня своим тяжелым пронзающим взглядом. Только теперь ко мне пришло понимание того, почему интуитивно боялся его все это время. Это был страшный человек.
— Знаете, не думал, что увижу вас снова в моем отделении, — нарушил молчание Коэн и после непродолжительной паузы добавил, — ну проходите, раз уж пожаловали.
— Я все знаю. Мне все рассказали! — от нахлынувших эмоций, которые уже давно мной не управлялись, сорвался и перешел на истеричный крик. — Это вы сделали это со мной! Вы упекли меня сюда! Сделали подопытным!
— Коллега, я пытался вам помочь, — как ни в чем не бывало отозвался Коэн, не сводя с меня взгляд.
— Помочь?! — взялся за голову. — Да вы мне жизнь всю искалечили! Под откос пустили! Подонок! Будьте вы прокляты!
Ответом мне стал короткий смешок, от которого вдоль моего хребта пробежал мороз.
— Я вижу, тут все гораздо серьезнее, чем предполагал вначале, — после картинного вздоха пробормотал Коэн, продолжая смотреть на меня, — придется немного… подкорректировать вам лечение.
Администратор сделал шаг по направлению ко мне, его одежда ниже пояса сдвинулся чуть в сторону, и с ужасом осознал, он прикрывает только переднюю часть тела этого безумца.
«Он еще и извращенец…» — чувствуя, как холодеют и без того ледяные руки и ноги, подумал.
— Знаете, любой другой уже давно отвернулся бы от вас в такой ситуации, но… — Коэн щелкнул лезвиями своего жуткого инструмента, секатора, и от мерзкого лязга у меня невольно вырвался стон, — я вам уделю немного своего внимания.
Лихорадочно попытался придумать, что можно было сделать, но от ударившего в голову панического страха на ум ничего не приходило. Был полностью охвачен безумным трепетом.
— Садист! Выродок! — не зная, что еще сказать, выпалил. — Это все вы! Вы издевались над пациентами в отделении все это время! Мучили их, калечили ради своего удовольствия!
Коэн опять негромко посмеялся: ему нравился мой затравленный вид, мое отчаяние. Скосил взгляд на изувеченные тела санитаров в процедурной палате и затем снова посмотрел на него.
— Это вы их убили? — с явной дрожью в голосе спросил, сжимаясь в предчувствии насмешливого, издевательского ответа.