Закрыла глаза и вновь погрузилась в желанную мне черноту, обволакивающую мое натерпевшееся тело.
Это не сны, нет, это воспоминания.
»… Наигравшись на столе эти ублюдки швырнули меня на пол и продолжили там. Один снизу… теперь добавился еще один. Вспышка боли, видимо удар. Что-то толкается в рот… лежу на боку, а по лицу стекает какая-то вязкая субстанция, но рвотных позывов больше нет, как и меня. Меня держат у стены, приставив нож к глотке, чтобы оставалась неподвижной, а садист сверлил меня глазами, стараясь запомнить этот момент, каждый миллиметр моего лица, чтобы никогда не забывать кого сегодня опустил ниже дна, продолжая насилие. Чтобы узнать меня в любой толпе, вычислить по запаху, голосу. Он как ночной кошмар, может вернуться в любой момент, принося все тот же ужас каждый раз. Оставляя после себя неизгладимый отпечаток, рану, что никогда не затянется».
Меня привел в чувства какой-то громкий хлопок, раздавшийся с улицы. В комнате царила темнота, поэтому не знала: одна или же кто-то составил мне компанию. Единственное, в чем была уверена — мне прямо сейчас нужно торопиться домой, иначе не доживу до утра. Как только моя нога дернулась, промежность прострелила болью.
«Черт, ведь как ходячая приманка. Любая тварь учует кровь и понесется следом». — Кое-как натянула разрезанные вещи, стараясь завязать их внизу, что бы те не упали и держали хоть какое-то тепло.
Нижнее белье мне пришлось снять, ведь оно доставляла боль опухшим половым губам, да и на ощупь было испачканным. Узнавать чем не хотелось вовсе, поэтому трусики полетели в ближайший угол. Крепко сцепив зубы, мужественно терпела невыносимую боль, обещая себе, что дома позабочусь о женском здоровье. Думать о возможности забеременеть было под запретом.
«Никакой беременности. Они законченные наркоманы, у которых раз через раз хер не стоит. Если что, поищу завтра таблетки в аптеке». — С этими мыслями выбежала на улицу и ринулась по направлению домой, не заботясь о риске быть найденной.
Спотыкаться и падать от того, что ноги не могут передвигаться от боли, было невыносимым, особенно делать это тихо, ведь почти в каждом доме находился зомбированный, который может выпрыгнуть из окна и пуститься в погоню. У него шансы догнать куда выше, чем обычно, и это не могло не огорчать. Но продолжала вставать и двигаться дальше, превозмогая все муки.
Наконец, закрыла дверь своей квартиры, переводя дыхание. Оставаться один на один с мучительными воспоминаниями совсем не хотелось, но иного выбора нет — придется.
Первым делом надо удалить всю грязь со своего тела, пусть и мокрой тряпочкой. А после поискать таблетки, предотвращающие беременность, хотя таких здесь и не будет, но чем-то занять себя нужно, иначе сойду с ума.
20:43. Прыгун.
Наконец-то нарезвился вдоволь и теперь пришло время возвращаться в город, ища ту девушку в переулках, домах и квартирах.
«Хочу». — Вновь это слово, но как обычно в точку — это действительно то, чего хочу, требую.
Холодный порыв ветра всколыхнул ветви деревьев и капюшон моего худи, давая мне немой сигнал двигаться. Припав к земле, зарычал и оттолкнулся, совершая дальний прыжок. Тело немного устало от сегодняшних игр, но это была желанная слабость, заставляющая хотеть понежиться в теплой воде и отдохнуть за столько времени.
Подо мной мелькали все те же места, замеченные утром. Запрыгнув на первую высокую крышу, желал оценить обстановку сверху, прежде чем двигаться дальше или спускаться вниз. Все-таки инстинкт самосохранения был моим любимым. Возможность видеть в темноте помогла мне отыскать несколько крупных скоплений зомби. Одну группу сразу откинул, так как там не было ничего интересного — стадный инстинкт, не более. Затем начал анализ двух других, но быстро прекратил — нужно сменить обозревательную вышку. По городу пронеслось пару моих криков, но никому не было до этого дела, ведь кричал не человек, а значит не добыча.
Жирдяй. Все понятно. Возле этих вонючих уродцев всегда собиралась толпа зомби, иногда кочующая вместе с Зараженным. Меня всегда бесили эти особи, ведь вони от них мама не горюй, а когда этот ходячий шарик взрывается и его блевотина попадет на тебя — ближайшие часы, а то и дни, кажутся катастрофой. Ты становишься героем-любовником в искаженном смысле, ведь орда ходячих трупов слетается на тебя, как мухи на де… Еще и пытаются сожрать. В глотке родилось рычание, обнародуя мое недовольство.
«Не нравится». — В подтверждении своих же мыслей, которые слышу только сам, демонстративно отвернулся от той группы зомби и повернулся к последней.
Ничего подозрительного, опасного, интересного. Парочка «мозгоквашенных» долбились в стены какого-то здания, издавая при этом странные вопли. Делать было все равно нечего, поэтому преодолел расстояние в десяток прыжков и теперь перебегал улицу, чтобы присоединиться к этой маленькой сходке. В глаза бросился труп Удильщика, а в мозге уже появились догадки, что здесь были люди. Возможно, и та маленькая девушка. Желание найти этому доказательство захлестнуло меня, толкая вперед.
Зомби бы не стали реагировать на мертвого Языкана, тут что-то другое. С виду здание было обычное: никаких ярких вывесок, декора у дверей, яркого окраса. Чем же оно привлекло внимание этих глупых созданий? Открыв покосившуюся дверь, ведущую во внутрь, сделал шаг и мгновенно остановился. В нос ударил аромат женской особи, которую так желал отыскать, а следом за ней и три мужских феромона.
Мозг пока не знал, как охарактеризовать мои чувства, ведь те были смешанные. Пройдя чуть дальше, шлейф становился все сильнее, насыщеннее. Терпения больше не было — в одно движение разнес дверцу какой-то комнатки в щепки, прокладывая себе путь. Ночное зрение пригодилось мне и здесь. Если бы мое лицо могло отражать эмоции, то это был бы явно шок.
Кровь, одежда, засохшая сперма… а что по запаху? Мог бы попытаться определить, какие эмоции испытывались в этой комнате, но для этого нужно хорошенько сконцентрироваться. Пройдя в центр, прикрыл глаза и словно отрекся от этого мира, проделывая что-то похожее на погружение в фантомный мир. Вокруг, казалось, образовалась пустота, которую нужно было заполнить.
Сделав первый вдох, тщательный и глубокий, начал отделять запахи предметов от сильных ароматов эмоций. Страх. Его не спутаю ни с чем, он принадлежал девушке. Возбуждение, секс, похоть… мерзость. Они были смешаны со всеми четырьмя. Странно, не знал, что ту девку привлекает эта группа людей.
Второй вдох расставил все точки над и. Хоть у меня и закружилась голова, а виски будто сдавливает со всех сторон, но смог понять что тут было. Вспомнился тот случай в подворотне. Боль, кровь и невыносимое чувство печали — это принадлежало ей. Кто-то посмел тронуть мое.
Утробное рычание вырвалось из моей пасти, собственнические чувства захлестнули меня с головой, а сам и не сопротивлялся, желал этого. Мне захотелось найти всех четверых, для каждого участь была разной. Женщина останется со мной, а вот с мужчинами от души, если она у меня осталась, наиграюсь на лет десять вперед.
Взгляд зацепился за трусики, что валялись в уголке. Они были все в крови, а в одном месте виднелась засохшая капелька спермы. Подцепив их когтем, преподнес к носу, вдыхая ее запах.