Такаши встал, отряхнул руку и глубоко вздохнул.
Значит, вот оно как… Изаму придётся прервать род самураев, отдав дочь за иностранца. И как бы он хорошо не относился ко мне, это большая цена за будущее Японии.
Что ж, каждый платит свою цену.
— И ещё вопрос, Ода-сан, — нарушил я молчание.
— Да? Говорите, Игорь Сергеевич. Я даже не стану требовать ответы взамен.
— Вы узнали раны, оставленные Хаттори. Почему не сказали, насколько они опасны?
Такаши нахмурился и закинул руки за спину, размышляя над ответом.
— Видите ли, Игорь Сергеевич. Ранее мне не доводилось видеть эти раны на… живом человеке. Магия Мичи чрезвычайно опасна и коварна, его Чёрный яд действует практически мгновенно, если рана достаточно велика.
— Надо понимать, у меня было именно так?
— Да.
Я вспомнил, что Хаттори чему-то удивился перед тем, как я убил его. Видимо, он ожидал, что я начну корчиться от боли прямо на месте.
— Когда я увидел ваши раны, Игорь Сергеевич, понял, что от моего решения практически ничего не зависит. Если вы выживите, мы просто обязаны следовать за вами. А если погибните…
— Вы бы переметнулись к британцам, как хотел Хаттори?
Такаши кивнул.
— Мичи был очень преданным человеком. Он хотел, чтобы я оказался по его сторону границы, и потому похитил вас, чтобы лишить Россию главного преимущества в моих глазах. Если вы не сможете воплотить свою идею, маршалу Державину придётся действовать куда жёстче, чем генералу Глостеру, чтобы нагнать его. Это вызовет бунты и побудит самураев восстать даже против воли императора. Думаю, Мичи просто хотел помочь своему народу.
— Не выгораживайте этого ублюдка, — грубо сказал я. — Он толпами уводил свой народ на убой в британских Истоках.
Теперь рассердился Ода.
— Наша страна пала под натиском двух империй, Игорь Сергеевич, — процедил он. — Мы всеми силами пытаемся её сохранить. Но каждый видит свой путь, каким бы он ни был. Постарайтесь, чтобы наш выбор не стал ошибочным.
Воздух будто похолодел вместе с настроением Оды, но я решил задать последний вопрос:
— Вы знали, что Хаттори планировал меня похитить?
В присутствии глав великих домов он не смог бы ответить честно. Но сейчас, один на один, был шанс получить правдивый ответ.
Такаши выдержал паузу. Чуть прищурился, глядя мне прямо в глаза холодным расчётливым взглядом. Сжал челюсть, отчего желваки заиграли под кожей. Но затем процедил:
— Нет.
Он злился. Всё же перед ним стоял убийца близкого человека. Вассала, который решился на довольно рискованный поступок ради своего господина. Но это не моя проблема. Меня чуть не убили, я оказался на волоске от смерти, и теперь был вынужден заключить договорной брак.
Я тоже злился! И очень сильно, мать вашу! Но нам обоим приходилось держать себя в руках.
— Я поверю вам, Ода-сан. Но если вы решите переметнуться к нашим врагам, вам не помогут ни клан Хаттори, ни британцы, ни кто-либо другой. А маршал Державин покажется вам счастливым избавлением.
Пока Такаши дыханием пытался унять собственные эмоции, я взглянул на наручные часы.
— Пожалуй, мне пора. До свидания, Ода-сан.
— До свидания, Игорь Сергеевич, — холодно попрощался Такаши.
━—━————༺༻————━—━
— Я видел отчёты, Игорь Сергеевич. Поздравляю, мы быстро нагоняем успехи британцев. А если учесть, что их главный инженер теперь в наших руках…
Державин пребывал в отличном настроении. Он принял меня в своём особняке. Вызвал почти сразу, когда я вернулся в поместье Такеда. Мы сидели в уже знакомой беседке, а на столе стояла бутылка того же Крымского вина из виноградника маршала. Дежавю, однако.
— Оливер в порядке?
— Конечно! Мы его и пальцем не тронули, не волнуйтесь. Он готов сотрудничать.
— Вот так просто? — удивился я.
— Вы оказались убедительны, должен признать, — маршал пожал плечами и отпил из бокала.
— Я?
— Оливер Смит запросил политическое убежище в обмен на совместную работу с вами. Мне уже пришло требование от генерала Глостера.
Державин криво ухмыльнулся. Ему явно приносила удовольствие текущая ситуация.
А я раздумывал, стоит ли озвучивать свои подозрения насчёт предательства Крубского. Всё, что у меня было, это косвенные доказательства, которые никто, кроме меня самого, не мог подтвердить. Он явно имел какие-то дела с Хаттори и предупредил его, что мы сбежали и находимся неподалёку. Он передал ему что-то, но послание сгорело от моей же руки. Этого было недостаточно, чтобы открыто обвинять целого князя. Но самое главное… Я не уверен, что Державин не в сговоре с ним.