Её это, кстати, тоже удивило, хотя она старалась не подавать виду.
— Он предал отца в самый ответственный момент. Накамура был небольшим кланом, но мы считали его самым близким из всех. В качестве доброй воли отец даже раздумывал… — тут Азуми прервалась и отвела взгляд. — Простите. Кхм… Когда Хидзаши переметнулся, это сильно ударило по нам. Многие вассалы и союзники отдалились. Некоторые держат нейтралитет, но кое-кто последовал примеру и встал на сторону Нагао.
— И всё из-за порыва растерянного мальчишки? — теперь настал очередь удивляться уже мне.
— Из-за подлости главы клана, — твёрдо ответила Азуми.
Хорош клан с единственным представителем. Хотя мой немногим лучше. Я задумался, и Медведь это заметил.
— Бригадир, ты же не хочешь пригреть этого япошку?
— Погоди.
Я снова посмотрел на Хидзаши. Обычно мне хватало пары минут, чтобы понять, что из себя представляет человек. Первые намётки, так сказать, от которых будет зависеть, дам ли я человеку шанс вообще войти в мой круг общения.
Но во взгляде Хидзаши была только ненависть. Однако не ко мне лично. И с домом Такеда его связывали довольно крепкие узы, чтобы нарушить слово и навредить… Даже не сэнсею — а Азуми. Он больше всего беспокоился из-за неё.
Чёрт побери, что же мне с тобой делать, парень?
— Будешь на испытательном сроке, — решил я.
Азуми не очень уверенно перевела мои слова, и японцы уставились на меня со странными выражениями лица.
— Клятву приносят лишь раз… — напомнил Изаму.
Хидзаши, кажется, совсем потерялся и не нашёлся что ответить.
— Сэнсэй, вы учите меня почтительно относиться к вашим традициям. Я это отлично понимаю и стараюсь их соблюдать. Однако не забывайте, что не только у японцев есть культура и свои устои. Я русский человек, для нас клан — это род. Семья. Я не приму в семью человека, которого приходится заставлять, и которому я не могу доверять.
Сделал паузу, чтобы Азуми перевела. Снова посмотрел на Хидзаши. Он замешкался. Сквозь ненависть начали пробиваться и другие эмоции. Страх.
В Российской империи родовые отношения сохранились только у аристократов. Но и у них всё больше выделялось тех, которые ставили свои интересы выше забот рода или не зависели от его влияния. Тот же Державин в Японии был единственным представителем своей семьи. И, благодаря собственной армии, мог не беспокоиться, что поддержка родственников исчезнет. Ему она просто не нужна.
А вот японцы жили кланом. Оставшись одни, они были чрезвычайно уязвимы. Таких могли сожрать и не заметить. Это пугало. А ещё гордость. Даже гордыня. Его коробило, что ему не доверяют. Но он сам виноват — слову верят, пока оно крепко.
Была и вина. И почему-то, судя по мимолётным взглядам, лично к Азуми. Между ними точно что-то было.
Ха! Получается его читать. Это хорошо, но недостаточно.
— Теперь вы не просто в Японии, — продолжил я. — Мы в Японской губернии, части Российской империи. Эту страну ждут перемены, связанные не только с Истоками и магоснабжением, сэнсэй.
Теперь молчали оба. Переваривали. Я тем временем размышлял, что мне делать с таким подарочком. Изаму ухмылялся, подкидывая его мне, но теперь крепко задумался. Не получилось просто так решить проблему за чужой счёт.
— И каков же будет испытательный срок? — наконец-то спросил он.
— Не знаю, — честно ответил я. — Пока я не буду уверен в нём.
На этом разговор был окончен, о чём я дал понять, налив себе ещё одну чашку. Правда, закрытой осталась только тема Накамуры, а вот более насущные проблемы никто не отменял.
— У стражи Нагао тоже были русские ружья. Только замаскированные. Дэйчи мог напасть на армейский конвой?
Изаму ответил не сразу.
— Мог.
— Вопрос не в том, чтобы напасть, — протянул Медведь. — А в том, чтобы узнать, где и когда нападать.
Верное замечание.
Я коснулся горячей чашки, над которой поднимался ароматный пар. Покрутил осторожно, скребя дном о деревянную подставку.
— Тебе что-нибудь известно об этом? — спросил Хидзаши.
Пусть сделает первый шаг к тому, чтобы заслужить доверие.
— Нет, — ответил он решительно. — Ружья привезли в обозах пару дней назад, уже замаскированные. Нагао старался не раскрывать свои планы. Я даже не знал, что они хотели похитить Азуми.
Парень посмотрел на девушку, но та сделала вид, что не заметила его.
— У Дэйчи хорошие шпионы, — сказал Изаму.
— И всё равно не сходится, — пробасил Медведь. — Ружья — вот что меня смущает. Не то, как их украли и кто. А что у Истока их почти выставили напоказ. Даже серийные номера не сбили. А в доме того хрыча даже я не сразу определил наши стволы.