А подхалимов я терпеть не могу.
— Эти люди напали на русского дворянина! — рявкнул я. — И отвечать они будут по законам Российской империи. Встать!
Последнее было обращено братьям Сайго. И они почему-то узнали это слово, подскочили и чуть ли не по стойке смирно выстроились передо мной.
Это они молодцы.
А вот самураи сплоховали. Похватались за мечи, занервничали, но не обнажали клинки — косились на Дэйчи, ожидая приказа.
И хотя мы с Изаму сейчас были вдвоём против целой своры, они нас боялись — Нагао ранен и слаб, а он единственный, кто мог противостоять Такеда. Да и мои навыки нельзя сбрасывать со счетов. Тем более, помимо меча, я носил защитные модули и восстановленный боевой пояс. Последние события заставили ускориться в его починке.
— Что ты себе позволяешь? — прошипел Дэйчи по-русски.
Я даже удивился, услышав родную речь, хоть и порядком исковерканную.
— Перед тобой, самурай, стоит граф Российской империи и министр магоснабжения Японской губернии. Это не внутреннее дело кланов, а покушение на представителя власти. — Я отвернулся от Дэйчи и снова обратился к Сайго. — Вам повезло. Каждому из вас. То, что вы остались в живых, ничто иное как удача или шутка судьбы. Поэтому я не стану убивать вас прямо сейчас.
Братья обеспокоенно переглядывались — явно не понимали, что я говорю. А вот Такеда смог понять и взялся им переводить. Причём с ироничной улыбкой — мол, глава древнего рода толмачит юнцам из мелкой вассальной семьи.
Переводили-то им, но поняли и остальные. И зароптали. Кто-то даже снова схватился за меч.
Я выдержал небольшую паузу, чтобы первые эмоции утихли, а затем спокойным твёрдым голосом — тише прежнего, чтобы заставить всех слушать внимательнее — обратился к старшему из братьев:
— На вашем роду пятно позора, Изао Сайго. Твой отец пытался изнасиловать Азуми Такеда. За это я его и убил.
И замолчал.
Все замолчали, даже Дэйчи, набравший воздуха, чтобы возразить мне, осёкся. А в глазах братьев Сайго читался неприкрытый ужас.
Средний с яростью порывался что-то возразить, но Изао его остановил. Они переглянулись, и во взгляде братьев проступила обречённость. Похоже, они знали, на что был способен их отец.
Тишина длилась минуту, а затем все трое, не сговариваясь, пали ниц уже к моим ногам и хором воскликнули:
— Простите нас, господин! Мы готовы смыть позор кровью!
Однако Изао быстро очухался, прижал головы братьев к полу, а сам обратился ко мне, Дэйчи и Изаму одновременно:
— Прошу помилуйте моих братьев! Я готов совершить сеппуку, чтобы…
— Нет, — отрезал я. Снова громко и звонко. — В законе Российской империи нет такого наказания.
Изао дрожал, весь покрылся испариной. Под жуткой повязкой выступил кровавый пот, а единственный глаз покраснел и дёргался из стороны в сторону.
— Почему ты напал последним? — спросил я. — Отвечай честно, ложь тебя не спасёт.
Изао нервно сглотнул, задрожал. И только он хотел ответить, как средний брат выпалил:
— Это я виноват! Я не сдержался, не послушался его и напал. Позвольте мне принять наказание!
— Сакоку! — выпалил старший, мотнув головой и тут же сощурившись от боли.
— Нет, позвольте мне!.. — начал было младший, но его прервали оба старших брата:
— Аи, молчи!
Мне нелегко далось сдержать ухмылку.
— Молчите все трое, — вместо этого приказал я. — Вы проследуете с нами в поместье Такеды-сама. Там я решу, что с вами делать.
Дэйчи сгрёб пальцами одеяло, исподлобья процедил:
— Граф Разин, что вы себе позволяете…
Уже начал понимать, кто есть кто. Молодец.
— А с вами, Дэйчи-сан… — обратился я уже к нему, так как вопрос с Сайго был закрыт. — С вами мы обсудим более важный вопрос. Думаю, пора закончить вражду между домами Такеда и Нагао.
Дэйчи Нагао с силой сжимал кулаки и глядел на меня с лютой ненавистью. Я сейчас для него олицетворял все беды, постигшие Японию, как для Хидзаши выглядел Соколов в его военной форме, со сверкающей тамбовской физиономией.
Но это уже прогресс. Теперь я не просто гайдзин — иностранец, с которым необязательно считаться. С недавних пор эта земля и моя тоже. За мной власть империи и законы, защищающие аристократию. Конечно, непривычно козырять дворянским титулом, но у меня вроде неплохо получается. Уроки Соколова не прошли зря.
— Японская губерния волей Его Величества императора и решением Верховного Сената сохранила права и большинство территорий самурайских кланов. Мы с уважением относимся к японскому народу, как к народу чести и силы. Но не стоит думать, что всё останется как прежде.