А вот японцы, похоже, все были в курсе. Выглядели так, словно попали на поминки. Даже Такаши Ода растерял свою природную уверенность и сидел как на иголках. Однако у меня созрел один вопрос:
— Ваше Сиятельство, кого избрали сёгуном?
Державин одарил меня подозрительным прищуром. Ода тоже. Он сжал челюсть, что желваки под кожей заиграли.
— Токугава Хиро, — процедил Державин.
И теперь дворяне возмущённо зашептались. Самураи снова поникли, хотя все старались держать лицо, но это получалось не очень хорошо.
— Возмутительно! — воскликнул Нейман, обращаясь к противоположной стороне японцев. — Это глава так называемого «великого» дома! Куда вы смотрели? Почему не предупредили о намерениях? Не поверю, что вы не были в курсе!..
— Господин Нейман! — вскочил Ода. — Прошу быть осторожнее в выражениях!
Генри чуть опешил. Похоже, не думал, что японец будет так хорошо разговаривать на русском. Но заминка была недолгой.
— Мои выражения обоснованы! Мы давали вам слишком много поблажек, и вот чем это обернулось! Как быть уверенными, что среди вас не будет новых предателей⁈
Пока Нейман распылялся, я подумал, что Ходзё тоже отсутствует. Он переметнулся вместе с Токугава?
— Хватит! — рыкнул Державин, останавливая перепалку. — Мы здесь не на базаре, Ваше Благородие! Успокойтесь.
— Прошу прощения, — потупился Нейман. — Просто я крайне возмущён, я же предупреждал, что…
— Сядьте.
Нейман тут же плюхнулся на кресло и затих. Ода тоже сел обратно, напоследок сверкнув в сторону герцога злым взглядом.
— Дело серьёзное, — продолжил Державин. — Пока что Киото не предприняло никаких… — он мельком глянул на меня, — официальных мер, кроме данного заявления. Но мы должны готовиться к худшему. Поэтому предоставляю слово министру внутренней безопасности. Ярослав Владимирович, прошу.
Князь Орлов поднялся со спокойным, даже скучающим видом, отчего почему-то становилось очень неуютно, и особенно Нейману, который сидел неподалёку. Но японцы тоже почувствовали особую ауру.
— Для обеспечения безопасности губернии мы вынуждены провести ряд мероприятий, которые могут показаться чрезмерными или даже возмутительными. Но хочу предупредить заранее, никакой угрозы со стороны Российской империи они не несут.
Не стоило труда догадаться, что меры касались самураев — они навострили уши и приготовились к худшему. Таким мрачным Изаму я ещё не видел.
— В целях обеспечения безопасности японский император будет перевезён из Токио на остров Хоккайдо, под охрану гвардии Его Величества. Вместе с ним каждый клан самураев будет обязан отправить старшего наследника.
Орлов сделал паузу. На несколько секунд повисла тишина, но затем самураи взорвались возмущениями.
— Немыслимо! Возмутительно! — взвизгнул Имагава на японском. — Да как вы смеете такое предлагать!
Его поддержали бодрым гулом остальные самураи. Только Изаму и Такаши сохраняли спокойствие, хотя это давалось непросто.
— Это не предложение, — холодно ответил Орлов., причём тоже на японском. — Это требование, господа. И оно не обсуждается.
А затем воцарился хаос. Самураи принялись ругаться, некоторые дворяне тоже вступили в перепалку, полились взаимные обвинения, даже оскорбления. Я почему-то подумал, что хорошо, что Соколова здесь нет. Он бы собрал сразу кучу дуэлей за раз, как грёбаный Д’Артаньян. Только вот мушкетёрской дружбы не вышло бы.
— Граф Разин, — общий гул вдруг пронзил голос Орлова.
Все затихли. Даже японцы, которые не понимали русского. Всё же умение заставить людей себя слушать было у Орлова весьма впечатляющим. Интересно, он даёт какие-нибудь уроки?
— Да, Ваше Сиятельство? — отозвался я.
— Вы более других среди министров общались с уважаемыми кланами самураев. Даже намерены взять в жёны наследницу дома Такеда. И вы первыми пострадали от предательства Токугава. Ведь вполне вероятно, что он связан с недавним нападением на ваше поместье. — Люди снова зашептались, в том числе некоторые из японцев. Видимо, информация ещё не успела дойти до всех.
— Поэтому я хотел бы услышать ваше мнение на этот счёт, — заключил Орлов.
— И не вы один, Ярослав Владимирович, — с ехидной усмешкой вторил Нейман.
Зараза…
В мою сторону обернулись все. И русские, и японцы. Но особенно пристально смотрел Такеда, отчего сердце сжималось в груди.
Проклятый Орлов. Наверняка он специально задал этот вопрос открыто, чтобы проверить мою лояльность.