Со вторым дроидом работа была интереснее. Так как техзадание было другим. Его можно даже назвать не столько «дроидом поля боя», сколько машиной-помощником в бою. В первую очередь именно на него я решил поставить целеуказатель. Работает он довольно просто – лазер определённого спектра светит в цель и пучок луча рассеивается, создавая яркое пятно. На дроида можно поставить сенсор с фильтром, регистрирующим именно его спектр луча, таким образом дроид будет видеть, куда ему лететь или кого атаковать. Идею мне подали старые ракеты и компьютерные игрушки, в которых было что-то подобное, но с другим поражающим фактором.
Целеуказатель – самое простое.
Репульсор – один главный и три побочных. Что бы дроид имел возможность к быстрому движению и высокую маневренность пришлось поставить три репульсора, выглядящие как диски. Эти диски крепились поворотно к корпусу и в сложенном состоянии прижимались к корпусу. Сам корпус из сплава поющей стали и квадания. Светиться металл перестал, хотя белый цвет остался. На именно этого дроида, помня слова Гарруса, я поставил мощную фару-прожектор, которая могла подсветить цель или просто светить ей в глаза, если дело происходит ночью, то очень полезно. К тому же и не в боевом варианте использования так появлялась функция летающего фонаря. От торчащего во все стороны вооружения пришлось отказаться – в пользу скрытности. Вооружение приводилось в боевой порядок раздвиганием передних боковых панелей – в них скрылись масс-драйверы, аналогичные по своим характеристикам штурмовым винтовкам. Всё бы ничего, но из было четыре штуки, по две с каждого борта и плотность огня была очень даже на уровне.
Разработка второго дроида заняла три дня, после чего настал черёд испытаний. Прошивка, так как у него было другое назначение и другой функционал, изменилась – дроид тихо летел за своим хозяином, не проявляя агрессии и легко переходил в боевой режим. Это был частичный, но успех – такого дроида можно было взять с собой в десантный челнок, размеры и вес позволяли.
Когда собрался весь честной народ в виде Гарруса, Заида и Праззы, началось новое развлечение – отстрел мишеней. Создать маленький блок целеуказания для винтовки не составило труда – он крепился к винтовке и пристреливался по прицелу. Право первого испытания я доверил Ваккариану.
Снайпер присел на одно колено и приложил винтовку к плечу.
– Куда тут нажимать?
– Вот, тут кнопка, – показал я. Кнопка действительно была не видна с первого взгляда.
Ваккариан нажал на неё и дроид изменил местоположение, зависнув с другой стороны ангара.
– И что? – не понял Заид.
– Он атакует только если навести на цель. Если навести на поверхность, то просто зависнет рядом с ней. Так можно управлять перемещениями дроида. Хотя можно переставить в автоматический режим.
Гаррус тут же навёл прицел на мишень и приказал атаковать. Дроид со скоростью под три сотни километров в час пролетел к мишени и облетая её, застрекотал пулемётами. Четыре ствола продырявили мишень насквозь, как дуршлаг.
– Мощно. – прокомментировал Гаррус и уложил пулю во вторую мишень, уже из винтовки.
Вообще, на этих дроидов у меня были большие планы – как канонный Шепард, без поддержки с воздуха, лезть в пекло я не был намерен. Все разошлись, а я остался, создавать новых дроидов. Как минимум – одной десантной группе было положено иметь дроида. В местных боях использовались Дроны, да и то использовать их мог только хорошо соображающий в технике человек. Меня такая поддержка не устраивала – слишком они слабые. От пары попаданий дохнут и не имеют оружия, кроме разрядника-электрошокера.
Неделю спустя пришла пора возвращаться. Мы уже достаточно нахватали ценностей – от Мордина по гиперпространственной связи пришло сообщение, что они свою миссию выполнили на семьдесят процентов и среди отмеченных планет обнаружили два пригодных для жизни мира.
Заид и Гаррус выглядели намного оживлённее, когда узнали, что мы наконец возвращаемся.
Впереди был только Иллиум.
========== 14. Кто кого обманет первым? ==========
Иллиум… как много в этом звуке. Местный недо-Корусант. Когда-нибудь, через много-много лет, может быть и получится Иллиуму стать столицей. Хотя пока что это просто колония-шлюз между системами терминус и контролируемым пространством. Собственные законы дают редкую вольницу и на Иллиуме находятся представительства почти всех компаний. Не все, но многие быстроразвивающиеся компании азари находятся на Иллиуме.
К республиканско-демократической системе азари у меня была только одна претензия, она же главная. Расы на цитадели разделены на три сорта. Совет, это первый сорт, расы не в совете – те, кто имеет диппредставительство на цитадели и, те, кого на цитадели нет.
Если это демократия, то это какая-то неправильная демократия. Единственная раса, которую я мог бы без жалости уничтожить были батарианцы, ибо рабовладельцев я ненавижу до глубины души. Остальные же, на мой взгляд, должны иметь равное право голоса при решении общих проблем. С таким подходом как у азари нельзя построить галактическую республику – можно только снискать проблемы на свою голову от представителей «малых» рас, которых не признали в совете.
Собственно, люди теперь «первого сорта», и это вызывает тонны ненависти со стороны тех, кого в совете-таки нет.
Жизнь им подпортить предстоит мне, лично мне. Корабль вынырнул из гиперпространства в секторе Тазале. Летели мы сюда довольно долго – четыре дня.
Я занялся целиком и полностью изучением рынка сбыта. Где кваданиевая сталь может быть наиболее ценной? В броне, в космических кораблях, в оружии.