А уровень защиты и безопасности… Никогда такого не было на Свалке. Конечно, бойцы у каждого собирателя не стояли. Но отморозки, налётчики, как из других банд, так и самостоятельные, просто не успевали толком нанести урон. Приезжали броневики, и незадачливый агрессор, если ему повезёт, покидал Свалку в багажнике, обдумывая свои ошибки.
А если не повезёт — просто покидал Свалку, в багажнике, но до ближайшего крематория и реки. И, естественно, не думал, потому что трупам это не свойственно.
— Вот ты говоришь, Вяленый, — подал голос один из компании, Иван. — Что. мол, жить стало лучше, жить стало веселее.
— Так и есть, — кивнул Вяленый.
— Денег побольше, да. Но ведь мудохаемся как…
— Собиратели за хорошие деньги, — заржал Резвый, ещё один член команды.
— Ну да, но… — усмехнулся Иван.
— Но посмотри-ка сюда, Вань, — усмехнулся Вяленый, указывая на пустырь вокруг.
— Трава. Пыль. Пустырь. На что тут смотреть-то?
— Они самые, Вань. А месяц назад — здесь была Свалка. И я тебе так скажу — такого никогда в Нижнем не было. Свалка только росла. Это тебя ни на какие мысли не наводит?
— А на какие должно наводить?
— Что-то меняется, Вань. И в нужную сторону, так что прекрати нудеть. Наша организация…
— Банда, что ли?
— Гаражные — уже давно не банда, Ваня.
— А кто? Пансион благородных девиц на выезде? — фыркнул парень
— Нет, — усмехнулся Вяленый. — Но и не банда, а именно организация. Пока…
— Пока?
— Ну да. Ты Марка видел?
— Видел пару раз, и чё?
— Вот мне кажется — он не остановится, Ваня. И я очень хочу дожить до момента, когда Свалка исчезнет, — мечтательно произнёс Вяленый.
— Хех, скажешь тоже! Свалка и исчезнуть! И что Марк будет делать, если Свалки-то не будет?
— А чёрт его знает. Может — полетит в космос, — усмехнулся Вяленый. — И там начнёт собирать детали на космической Свалке.
Ответом на эту шутку стал дружный смех. И никто, даже сам Вяленый не понимали, что она была пророческой.
Мы ехали с Глорией в лимузине. Не только потому, что это пристало аристократам: лимузин был тем самым средством передвижения, которое позволяло сделать подстраховку. И уверенно заявить Глории, что всё ТОЧНО будет нормально.
Впрочем, нервничала она и сейчас, поводила плечами, оглаживала двухцветное, розовое и белоснежное платье, весьма ей идущее.
— Неуютно мне без Келифа, Марк, — наконец озвучила она.
— У тебя оружия не меньше, а даже больше, чем в нём, — успокоил я. — И защита не хуже…
— Зануда, — буркнула Глория, помолчала и спросила: — А ты вообще уверен, Марк?
— Да. И не буду напоминать, сколько раз я отвечал на этот вопрос. Ты — графиня Мехова, моя супруга. Твой статус «Врага» столь же ничтожен, как мой «неблагонадёжен».
— Если я именно графиня Мехова.
— Именно так.
— Но я…
— Сегодня — ты именно графиня. И любой, неважно, Имперский силовик, аристократ, посланец ушедших богов — будет уничтожен.
— Тобой.
— Если успею, — подмигнул я её, имея в виду что она не подарок…
В смысле подарок, конечно. Но не тем и не так. А если наоборот — то понятно.
— В общем: всё будет в порядке.
И, судя по эмоциональному фону, эти простые слова помогли. А вскоре лимузин подъехал к степеням старинного, многосотлетнего особняка. Неоднократно перестраиваемого, само собой, но в целом — сохранившего ощущение «Древнего Новгорода», как выражались в описаниях столицы.
Ну а я, под руку с супругой, стал подниматься по ступеням. Дверь… ну красавцы, улыбнулся я. Дверь перед нами никто открывать не соизволил. Впрочем…
С ощущением стреляющей боли я вклинился в управляющим механизм ворот ментализмом. Будь они заперты — ничего бы не вышло. Но они были просто претворены, а механизм… С грохотом, с осыпающейся штукатуркой, щепками и облицовкой, ударил их о стены.
А мы с Глорией последовали в открытый проём. От неё потянуло в эмоциях удовольствием: да, входили мы на самом деле стильно.
— Ваша милость… — подбежал к нам дворский, или дворецкий.
— Светлость, — через губу бросил я.
— А не графом ли Меховым…
— Им. С супругой. Объявляй, — всё так же, через губу бросил я, отмечая обращенные на нас через коридор взгляды.