Точным ответом было бы да, но Луис ушел от него, сказав:
– Мы здесь, чтобы спасти Кольцо.
– Но что я могу… – задумчиво начала было она, но потом умолкла, уставившись поверх плеча Луиса.
За передней стеной появился Хиндмост, выглядевший сегодня великолепно. Копыта его были покрашены серебром, в гриве сверкали золотые и серебряные пряди, короткие светлые волосы, покрывающие остальную часть его тела, – вычищены до блеска.
– Харкабипаролин, Каваресксенджаджок, приветствую вас, – пропел он. – Ваша помощь крайне необходима. Мы преодолели огромное расстояние между звездами, надеясь, спасти ваши народы и ваш мир от ужасной смерти.
Луис с трудом сдерживал смех; к счастью, его гости смотрели только на кукольника Пирсона.
– Откуда вы пришли? – спросил мальчик. – На что это похоже?
Кукольник попытался рассказать им. Он говорил о планетах, летящих сквозь пространство с почти световой скоростью, о пяти планетах, образующих пятиугольник – розетту Кемплерера. Искусственные солнца вращались вокруг четырех из них, выращивая продукты для населения пятой. Эта пятая светилась только светом своих улиц и зданий, континенты ее сверкали желто-белым огнем, океаны оставались темными. Отдельные сверкающие звезды, окруженные туманом, были заводами, плавающими в морях, а тепло, выделяемое ими, нагревало воду. Вообще лишь тепло от промышленных предприятий спасало планету от холода.
Мальчик слушал, затаив дыхание, а женщина-библиотекарь тихо произнесла, не обращаясь ни к кому:
– Он действительно пришел со звезд. В нашем мире нет существ, похожих на него.
Кукольник рассказал о толпах, заполняющих улицы и огромные здания, о парках, бывших последними клочками естественной жизни планеты, рассказывал о системе трансферных дисков, с помощью которой можно в считанные минуты совершить кругосветное путешествие.
Харкабипаролин резко покачала головой и громко произнесла:
– Простите, но у нас нет времени. Мы хотели бы услышать больше, нам просто необходимо знать больше, но… вспомните об этом мире и солнце! Луис, я не должна была сомневаться в ваших словах. Чем можем мы помочь вам?
– Читая для меня, – ответил Хиндмост.
Каваресксенджаджок лежал на спине, разглядывая изнанку мира, скользившую мимо.
«Игла» летела под лишенной каких-либо примет черной крышей, на фоне которой Хиндмост расположил два голограммных окна. Один прямоугольник передавал изображение в усиленном свете, второй – показывал изнанку Кольца в инфракрасных лучах. При таком освещении площади, на которых продолжался день, выглядели ярче, чем накрытые ночной тенью, а реки и моря, темные днем, выглядели светлыми ночью.
– Похоже на обратную сторону маски, верно? – Луис говорил, понизив голос, чтобы не мешать Харкабипаролин. – Это река с притоками – видишь, как они торчат вверх? Выпуклости – это моря, а вон та линия впадин – целый горный хребет.
– Ваши миры тоже выглядят так?
– О, нет. Наши миры – это плотные каменные шары и их поверхность сформирована по воле случая. Этот же мир был вылеплен. Смотри, все моря имеют одинаковую глубину и размещены так, чтобы всюду было достаточно воды.
– Кто-то вырезал этот мир, как барельеф?
– Что-то вроде этого.
– Лувиву, это пугает меня. Как они выглядели?
– Они мыслили масштабно, любили своих детей и выглядели как защитный костюм. – Луис решил не слишком распространяться о защитниках.
– Что это? – показал пальцем мальчик.
– Не знаю. – Это напоминало яму, закрытую туманом. – Думаю, метеоритная пробоина. По ту сторону должен находиться глаз бури.
Экран читающей машины, находившейся на навигационной палубе, был размещен так, чтобы Харкабипаролин могла его видеть. Хиндмост починил повреждение и добавил толстый кабель, уходивший в пульт управления. По мере того, как женщина читала вслух, корабельный компьютер увязывал запись с ее словами и пополнял словарный запас языка Строителей Городов. Конечно, за столетия этот язык должен был измениться, но не очень сильно.
Что касается Хиндмоста, то он сидел в закрытой секции. Чужак страдал от последствий шока, и Луис не завидовал ему.
«Игла» продолжала ускоряться, и вскоре перевернутый ландшафт проносился мимо с такой скоростью, что невозможно стало разглядеть никаких деталей. Голос Харкабипаролин становился все более хриплым, и наконец Луис решил, что пора устроить перерыв для ленча.
Тут же возникли проблемы. Луис заказал филе с печеным картофелем, с сыром бри и батоном к нему. Мальчик в ужасе уставился на все это, женщина недоуменно взглянула на Луиса Ву.
– Просите, – сказал он. – Я думал, что вы всеядные.
– Конечно, всеядные. Мы едим растения и мясо, – сказала женщина. – Но не гниющую пищу!
– Пусть это вас не тревожит, здесь нет ничего опасного: хорошо выдержанный бифштекс и молоко, чуть тронутое плесенью… – Луис выбросил их тарелки в туалет и сделал новый заказ. На сей раз свежие фрукты со сливками, от которых, подумав, отказался, и блюда из рыбы, включая сасими. Его гости никогда прежде не видели соленой рыбы, и она им понравилась, но вызвала сильную жажду.
К тому же наблюдение за тем, как ест Луис, не доставило им удовольствия. Но что он мог сделать – умереть от голода?
Это они могли умереть от голода. Где он должен доставать для них красное мясо? Впрочем, конечно же, с другой стороны кухни, предназначенной для Чмии. И поджарить его на луче лазера. Кстати, нужно отдать лазер Хиндмосту для перезарядки (что может оказаться не простым делом, учитывая, как он разрядил его).
И еще одна проблема: возможно, сейчас они получают слишком много соли. Луис не знал, как быть с этим, может, Хиндмост сумеет перенастроить управление кухней.
После ленча Харкабипаролин продолжала чтение. К этому времени Кольцо превратилось в размытую ленту, несущуюся мимо корабля, и Каваресксенджаджок бесцельно слонялся из камеры в грузовой трюм и обратно.
Луис тоже испытывал беспокойство, ему хотелось изучить записи их первого визита сюда или же того, что произошло с Чмии на Карте Кзина. Однако Хиндмост не появлялся.
Постепенно Луис начал понимать, что его беспокойство имеет еще одну причину.
Он страстно желал библиотекаршу.
Ему нравился ее голос: она читала уже несколько часов, и все-таки он оставался живым и напевным. Она рассказала ему, что иногда читает слепым детям, и Луис содрогнулся при одной мысли об этом. Луису нравилось ее благородство и смелость, нравились линии ее тела, очерченные мантией, и особенно то, что он увидел, пока она была без нее.
Прошли уже годы с тех пор, как Луис Ву занимался любовью с настоящей земной женщиной, и сейчас Харкабипаролин оказалась слишком близко от него. В общем, когда Хиндмост наконец присоединился к ним, Луис был вне себя от радости.
Они тихо разговаривали на интерволде под звуки голоса Харкабипаролин, читавшей для компьютера.
– Откуда же явились эти ремонтники-любители? – недоумевал Луис. – У кого на Кольце достаточно знаний для ремонта маневровых двигателей? Кстати, похоже, они не знают, что их слишком мало.
– Оставим их в покое, – сказал Хиндмост.
– А может, знают, но не могут придумать ничего другого? А есть еще вопрос, где они взяли снаряжение. Вполне вероятно, что в Ремонтном Центре.
– У нас и так достаточно проблем, так что оставим их в покое, – повторил кукольник.
– Полагаю, на этот раз вы правы. И все же нельзя не удивляться. Вспомните, что Тила Браун воспитывалась и училась в человеческом космосе. Крупные конструкции, построенные в космосе, для нее не в новинку, и она знает, что значит, если солнце начинает смещаться в сторону.
– А могла ли Тила Браун организовать такое крупное предприятие?
– Может, и нет, но с ней должен быть Искатель. Это житель Кольца, может, даже бессмертный. Его нашла Тила. Он слегка безумен, но вполне мог бы организовать все это. Судя по его словам, ему не единожды приходилось играть роль короля.