— А как волшебники относятся к РИШАТРА? — спросил Каваресксенджаджок.
— Это занятие важно, когда ты встречаешься с другой расой, верно, мальчик? Мое мнение таково: РИШАТРА — забава для производителей, а мы — любим друг друга.
Мальчик был чрезвычайно любопытен, его стремление к новому не имело границ. Тила рассказала ему о своем великом путешествии. Ее экспедицию сначала захватили, а потом освободили грогсы на Карте Дауна. На Кзине обнаружились гуманоидные животные, когда-то давно привезенные с Карты Земли. Их разводили для различных целей, так что теперь они отличались друг от друга так же, как породы собак. Команда Тилы укрылась среди них. Они украли у кзинов корабль-колонию, а выйдя в море, убили одно из животных-островов, заморозили его мясо в пустом баке из-под жидкого водорода и много месяцев питались им. Наконец Тила сказала:
— Мне нужно поесть, но я скоро вернусь, — и наступила тишина.
Она продолжалась несколько минут, а потом тупые зубы осторожно сжали Луису запястье.
— Луис, проснитесь, у нас нет времени!
Луис перевернулся и отключил «конденсатор». Несколько секунд он наслаждался видом кукольника: тот стоял рядом с кзином и, судя по всему, пребывал в добром здравии.
— Я думал, что вы вышли из игры.
— И были почти правы. Мне очень хотелось позволить событиям идти своим чередом, — ответил кукольник. — Тила Браун не лгала, говоря, что мы не умрем. Большая часть Кольца разрушится и разлетится в разные стороны. Так что нас даже когда-нибудь найдут.
— У меня тоже возникло желание сдаться.
— Защитники должны были вымереть четверть миллиона лет назад — разве это не ваши слова?
— Будь у вас здравый смысл, вы бы не стали меня слушать.
— Это еще не все. У меня сложилось впечатление, что она пыталась нам что-то сказать. Пак были вашими предками, а Тила еще и принадлежала к вашей цивилизации. Помогите нам.
— Мы нужны ей, чтобы сделать за нее грязную работу, — ответил Луис. — Черт побери, вы же изучали интервью с Бреннаном после его превращения в Защитника! У Защитников очень сильны инстинкты, при этом интеллект значительно превосходит человеческий. И разум постоянно конфликтует с чувствами.
— Я не улавливаю — какую грязную работу вы имеете в виду?
— Она знает, как спасти Кольцо — все они это знают: нужно убить 5 процентов жителей, чтобы спасти 95 — но сделать это сами не могут. Они не могут даже позволить кому-то другому сделать это и поэтому они вынуждают этого другого к действию, так, чтобы никто не ощущал лишней вины.
Нравственная раздвоенность.
Какое-то воспоминание, связанное с этими цифрами, мелькнуло вдруг в мозгу Луиса. Что, почему?.. Дьявол, пропало!
— Тила выбрала это здание, потому что оно похоже на летающую тюрьму Халрлоприллалар, которую мы реквизировали во время первой экспедиции. Она использовала его для привлечения нашего внимания и заманила нас туда, где мы были ей нужны. Не знаю, чем занимается эта часть Центра, но это именно то место в ящике на миллиард кубических миль, которое нам нужно. Об остальном мы должны догадаться сами.
— Но зачем это, если она уверена, что мы в ловушке?
— Что бы мы ни попытались сделать, она будет пытаться нас остановить. Нам придется убить ее — об этом она и пыталась сказать нам.
— Я не успеваю за вашей мыслью, — сказал кукольник.
— Она хочет, чтобы Кольцо жило, и нуждается в нас, чтобы мы убили ее. Она сказала нам столько, сколько могла, но даже если мы поймем все, сможем ли мы убить такое высокоразумное существо?
— Мне жаль Тилу, — сказал Чмии.
— Мне тоже.
— Но как мы сделаем это? Если вы правы, она должна что-то для нас приготовить…
— Сомневаюсь. Для нее самое лучшее — не размышлять о том, что мы предпримем, поскольку это ей только помешает. Чужаков она убивает инстинктивно, а относительно меня может заколебаться на полсекунды — они-то все и решат.
— Очень хорошо, — сказал кзин. — Все тяжелое оружие находится на боте, а мы замурованы. Действует ли еще трансферная связь?
Спрятанный вернулся на навигационную палубу и вскоре доложил:
— Связь действует. Скритовая оболочка Карты Марса имеет толщину всего в несколько сантиметров. Для моих приборов это не помеха, значит, и для дисков тоже.
— Хорошо. Луис, вы со мной? — спросил Чмии.
— Конечно. Какая температура на борту бота?
— Часть датчиков сгорела, и я ничего не могу определить, — ответил Спрятанный. — Если бот можно использовать — прекрасно. Если нет — забирайте снаряжение и сразу же возвращайтесь. Если условия не совместимы с жизнью — возвращайтесь немедленно. Нам нужно знать, с чем мы можем работать.