А Чмии?
Трава была довольно странной. Вблизи деревни она доходила человеку до пояса; дальше по ходу вращения просматривалась обширная проплешина, где вся зелень была срезана почти до земли. Потом Луис заметил стадо, продвигавшееся вдоль края этой проплешины. Его вели краснокожие пигмеи, и оно оставляло за собой полосу почти голой земли.
Нужно признать, слоники эффективно подчищали растительность, так что краснокожим пастухам приходилось менять места своих стоянок достаточно часто.
Луис отследил движение в траве поблизости. Он терпеливо всматривался в ту точку, пока там не мелькнуло оранжевое пятно. Луис не сумел разглядеть добычу Чмии, однако подумал: хорошо, что рядом нет гуманоидов.
Затем он занялся своим делом.
Вернувшиеся пастухи попали прямиком на пир.
Они пришли все вместе, не прекращая болтать между собой. По дороге остановились, чтобы осмотреть (издали) посадочный бот. С ними был один из зеленых слоников (сегодняшний завтрак?) — его вели, окружив со всех сторон. Случайно (случайно ли?) впереди шли копьеносцы.
Они удивленно замерли перед Луисом, Чмии (у него не плече восседала очередная девчушка) — и пятью центнерами разделанного мяса.
Шивит представил чужаков, коротко и довольно точно передав их предложения. Луис приготовился к тому, что его назовут лжецом, но этого не произошло. Он познакомился с вождем — женщиной высотой в четыре фута и несколько дюймов по имени Джинджерофер, — она поклонилась и улыбнулась, смущенно скаля зубы. Луис старательно ответил ей таким же поклоном.
— Шивит сказал нам, что вы любите разное мясо, — сказал Луис и жестом указал на то, что принес с корабельной кухни. Трое туземцев тут же погнали зеленого слоника обратно в стадо, подталкивая его древками своих копий.
Племя собралось на трапезу. Из хижин, которые Луис считал пустыми, потянулись старики и старухи. Луис поначалу и Шивита счел стариком, но в сравнении с морщинистой кожей, распухшими суставами и старыми шрамами этих домоседов тот выглядел довольно бодро.
Луис стал думать, почему они прятались, и предположил, что, пока они с Чмии разговаривали с Шивитом и детьми, их постоянно держали под наблюдением.
За несколько минут туземцы съели все угощение, оставив одни кости. Они не перемолвились ни словом, и, казалось, у них нет понятия старшинства. Фактически они ели, как кзины. Чмии принял сделанное жестом предложение присоединиться к ним и съел большую часть моа, которой туземцы предпочли красное мясо.
Луис доставил все это за несколько ходок с помощью одной из крупных отражательных пластин, и сейчас его мышцы ныли от усталости. Он довольно взирал на пирующих туземцев.
Затем большая часть туземцев вернулась к стаду, а Шивит, Джинджерофер и несколько стариков остались.
— Эта моа — искусственное создание или настоящая птица? Патриарх может захотеть иметь таких птиц в своих охотничьих угодьях, — спросил Чмии Луиса.
— Настоящая, — ответил Луис. — Джинджерофер, надеюсь, это возместит вам ущерб от стампеде.
— Мы благодарны вам, — ответила она. На ее губах и подбородке виднелась засохшая кровь. — Забудьте о стампеде. Жизнь — это большее, чем утоление голода. Нам нравится встречаться с другими людьми. Ваши миры действительно много меньше нашего? И круглые?
— Как мяч. Если мой мир поместить далеко от Арки, вы увидели бы только белую точку.
— И вы вернетесь в эти маленькие миры, чтобы рассказать о нас?
Вспомнив, что переводчик наверняка подсоединен к записывающему устройству на борту «Иглы», Луис ответил:
— Да, однажды.
— У вас должны быть вопросы.
— Конечно. Не жгут ли эти растения ваши пастбища? — он указал в сторону солнечников.
— Сияние по ходу вращения? Мы понятия не имеем, что это такое.
— И оно вас не удивляет? Вы никогда не посылали туда разведчиков?
Она нахмурилась.
— Мы пришли оттуда. Мои отцы и матери говорили мне, что, сколько они себя помнят, мы двигались против хода вращения. Они помнили, как обходили большое море, но не приближались к нему, потому что животные не едят траву, что растет на берегу. Тогда сияние уже было, но сейчас оно стало сильнее. Что касается разведчиков, то молодые ходили в ту сторону. Они наткнулись на великанов, и те убили их, скот. Тогда они вернулись, и теперь сидят без мяса.