Гулы внимательно смотрели, как он снимал шорты, и искали дополнительные штрихи к его описанию, которое поможет их соплеменникам найти на Кольце место обитания подобной расы. Луис надел противоударные доспехи.
Женщина вдруг спросила:
— Как вы убедили женщину Людей Машин, что не безумны?
Вала рассказала ей об этом, пока Луис надевал рубашку и очки и убирал в карман свой фонарь-лазер. Улыбки гулов почти исчезли, и женщина спросила:
— Вы можете спасти этот мир?
— Не полагайтесь целиком на меня, а попытайтесь найти Центр управления. Расспрашивайте, попробуйте поговорить с бандерснатчами — большими белыми животными, которые обитают в болотах по ходу вращения.
— Мы знаем их.
— Хорошо. Вала…
— Я должна сообщить, как погибли мои спутники. Возможно, мы больше не увидимся, Луис. — Валавирджиллин подняла пустой ранец и быстро зашагала прочь.
— Мы должны сопровождать ее, — сказала женщи-на-гул, и они последовали за ней.
Они не пожелали ему удачи — почему? Впрочем, все они могли быть фаталистами, и удача ничего для них не значила.
Луис поднял взгляд на город. Ему очень хотелось подняться немедленно, но лучше все-таки дождаться ночи.
— Спрятанный, вы меня слышите? — произнес он в «переводчик».
По-видимому, Спрятанный не слышал.
Луис вытянулся под грибом — у земли воздух казался чище — и стал задумчиво потягивать напиток из бутылки, которую оставила Вала.
Кто же такие гулы? Их положение в экологии казалось вполне очевидным, но тогда как — и зачем? — они сохранили разум? Возможно, при необходимости они отстаивали свои права или свое достоинство? Исполнение тысяч местных религиозных обрядов также требовало изрядной живости ума.
И еще: чем они могли помочь ему? Существовала ли где-то замкнутая популяция, сохраняющая память об источнике средства бессмертия, которое, предположительно, вырабатывалось из корней Дерева жизни?..
Впрочем, не все сразу. Сначала — город.
Колонны света становились все прозрачнее, потом исчезли совсем. На твердом небе вспыхнули сотни освещенных окон, но прямо над ним ничего не зажглось: кому нужен вид на выгребную яму? (А может, кто-то не может позволить себе освещения?)
Теневая ферма казалась покинутой: Луис слышал только шум ветра.
Поднявшись, он увидел далекие огни, мерцающие, как свет костров, — фермеры вернулись в свои жилища, рассыпанные по периметру тени.
Луис коснулся ручки подъема на своем поясе и взлетел.
19. ЛЕТАЮЩИЙ ГОРОД
Где-то на высоте тысячи футов воздух заметно посвежел, и летающий город вырос перед Луисом. Он обогнул тупой конец перевернутой башни: четыре уровня темных окон и под ними гараж. Большая дверь гаража была закрыта и заблокирована. Луис покружил в поисках разбитого окна, но ни одного не нашел.
Эти окна уцелели, хотя прошло одиннадцать веков упадка, так что вряд ли ему удастся разбить хоть одно. К тому же он не хотел входить в город как вульгарный взломщик.
Вместо этого он продолжил подъем вдоль канализационной трубы, надеясь добраться до жилых помещений. Вокруг потянулись неосвещенные скаты и уклоны. Луис подлетел к дорожке и совершил посадку. Теперь он чувствовал себя менее заметным.
Вокруг было пусто. Широкая лента из литого камня огибала башни справа и слева, ныряла вверх и вниз, протягивая во все стороны свои ответвления.
Несмотря на тысячефутовую пропасть, ограждений не было — видимо, народ Халрлоприллалар заботился о себе меньше, чем земляне. Луис двинулся в сторону ближайших огней, стараясь шагать по середине дорожки.
Странноватый город, думал Луис. Где же все? Жилых домов множество, как и улиц, но где лавки, театры, бары, променады, парки, кафе на тротуарах? Не было ничего, похожего на рекламу, — все сидели, укрывшись за стенами.
Одно из двух: нужно либо найти кого-то, кому можно представиться, либо спрятаться. Как насчет той плоской стеклянной башни с темными окнами? Если он сумеет проникнуть туда сверху, можно быть уверенным, что здание покинуто.
Кто-то шел по дорожке навстречу.
— Вы меня понимаете? — спросил Луис и услышал свои слова, переведенные на язык Людей Машин.
Чужак ответил на том же языке:
— Нельзя ходить по городу в темноте. Можно упасть.
Он подходил все ближе. Глаза его были огромны: он был явно не из Строителей. В руках он сжимал длинный тонкий жезл. За его спиной горели огни, поэтому Луис не мог разглядеть даже выражения лица.
— Покажите руки, — сказал незнакомец.
Луис обнажил левую руку, разумеется, без всяких татуировок.