Голос Бреннана звучал скрипуче.
— Ваши суставы увеличиваются, образуя большее плечо, благодаря чему возрастает сила мускулов. Но ни одно из этих изменений не проходит нормально без Дерева жизни, а на Земле его не было три миллиона…
Кто-то дернул Луиса за одежду. Он подскочил.
— Лувиву! Я голоден.
— О’кей. — Все равно он уже устал и к тому же не узнал почти ничего полезного. Харкабипаролин еще спала, но запах мяса, жарящегося на луче фонаря-лазера, разбудил ее. Луис заказал для них фрукты и овощи и показал, куда бросать то, что придется им не по вкусу.
Сам он отправился есть в грузовой трюм.
Подчиненные беспокоили его, он даже не мог научить их заказывать себе пищу, потому что надписи на кухне были сделаны на интерволде и Языке Героев.
К какому бы делу их пристроить?
Ну ничего, завтра он что-нибудь придумает.
Компьютер наконец начал выдавать результаты, и Спрятанный оказался занят. С трудом обратив на себя его внимание, Луис попросил записи нападения Чмии на замок.
Этот замок занимал вершину каменистого холма. Стада желтых в оранжевую полоску животных, напоминающих кабанчиков, паслись на желтой травянистой равнине у его подножия. Посадочный бот облетел замок, затем опустился во дворе, где был встречен тучей стрел.
Несколько минут ничего не происходило, затем из нескольких арок одновременно выскочили оранжевые фигуры и, добежав до корабля, остановились, сжимая оружие. Это были кзины, но словно бы другие. За четверть миллиона лет наметились некоторые расхождения в облике с населением Кзина.
— Он бросил вас. Почему бы вам не забыть о нем?
Луис рассмеялся.
— Чтобы кровать была только наша? Мы вели бой, когда я позволил вампиру соблазнить себя, и Чмии счел это отвратительным. По его понятиям это я бросил его.
— Ни один мужчина или женщина не могут противиться вампиру.
— Чмии не человек, у него не возникает желания заниматься РИШАТРА с вампиром или каким-либо другим гуманоидом.
Все новые оранжевые коты окружали корабль. Двое из них принесли ржавый металлический цилиндр. Когда он был установлен, все бросились в укрытие.
Цилиндр исчез во вспышке бело-желтого пламени, сдвинув посадочную шлюпку на ярд или два. Кзины выждали немного, затем поползли обратно, чтобы посмотреть на результаты.
Харкабипаролин содрогнулась.
— Наверное, они охотно съели бы меня.
— Возможно, — раздраженно ответил Луис. — Однако я помню времена, когда Чмии чуть не умирал от голода, но даже не глядел в мою сторону. Что вас смущает? Разве в городе нет плотоядных?
— Есть.
— А в Библиотеке?
Ему показалось, что она так и промолчит, но после долгой паузы женщина сказала:
— Какое-то время я жила в Доме Пант. — Говоря это, она старалась не встречаться с ним взглядом.
В первый момент Луис ничего не понял, но затем вспомнил: Дом Пант — похожий на луковицу верхушкой вниз, починка водосборника, хозяин, хотевший заплатить сексом, запах вампиров в холле.
— Вы занимались РИШАТРА с плотоядными?
— С Пастухами и Травоядными, с Древолазами и Ночными Людьми. Я до сих пор не могу забыть…
Луиса передернуло.
— С Ночными Людьми? Гулами?
— Ночные Люди необходимы нам: они поставляют информацию нам и Людям Машин, сохраняя то, что осталось от цивилизации, их не следует обижать…
— Угу.
— Но однажды… Лувиву, у Ночных Охотников очень тонкое чутье, они не выносят запаха вампиров. Однажды мне сказали, что я должна заняться РИШАТРА с Ночным Охотником. И без запаха вампира… Тогда я попросила перевести меня в Библиотеку.
Луис вспомнил Мар Корссил.
— Они не показались мне такими уж отвратительными.
— Но заниматься с ними РИШАТРА? Мы — оставшиеся сиротами — должны уплатить обществу долг за наше воспитание, прежде чем сможем сочетаться браком и обзавестись домом. При этом переводе я потеряла все свои накопления, да и произошел он не сразу. — Она посмотрела ему в глаза. — Это было невесело, но есть вещи еще менее веселые. Когда запах вампира исчезает, в памяти остается вонь. Вонь свернувшейся крови в выдохе Ночных Охотников, вонь падали от Ночных Людей.
— Но теперь все это позади, — сказал Луис.
Отдельные кзины попытались встать, но затем снова упали в беспамятстве. Спустя десять минут открылся люк, и Чмии сошел на землю, чтобы принять командование.