Пока адвокат Ринальди сообщал новость Хуану Карлосу, а потом добирался до здания суда, судья, занимающийся делом Иоланды и, надо заметить, также не очень веривший в её виновность, вёл первый допрос Оливии Боргес.
— Это превышение власти! — возмущалась Оливия в кабинете судьи. — Меня привезли как преступницу и даже не дали поговорить с адвокатом!
— Вы не имеете права встречаться адвокатом, пока мы не получим от вас свидетельских показаний, — спокойно отвечал судья. — После этого вы можете пригласить, кого угодно.
— Без адвоката я не буду отвечать на вопросы! Я прекрасно знаю ваши способности инкриминировать преступления невинным людям!
— Чего же вам бояться, если вы невиновны? — саркастически спросил судья.
— Не хочу осложнять себе жизнь.
— Сеньора, я советую вам сотрудничать с правосудием.
— Это что, угроза?
— Нет, это совет. — Судья нахмурился. — Дело снова поднято, сеньора, в связи с новыми фактами, в том числе свидетельскими показаниями, которые касаются непосредственно вас.
Оливия Боргес была явно взволнована этим сообщением и на минуту смолкла. Но, несмотря на нервное напряжение, она взяла себя в руки. Она не могла позволить, чтобы этот судьишка одержал победу.
— Я не видела Эктора Кастелло до убийства, — твёрдо сказала она. — То же самое я говорила и на процессе.
— Правильно. Под присягой. Это очень важно. Дело в том, что согласно показаниям служанки дома вы солгали! Одного этого достаточно, чтобы нести уголовную ответственность, сеньора!
— Эта женщина врет! Ей кто-то заплатил, чтобы свидетельствовать против меня! — вспылила Оливия. — У вас нет доказательств её правоты, а я на процессе доказала свои слова. Не могла же я находиться в двух местах сразу.
— Значит, вы решительно отрицаете, что в день убийства встречались с сеньором Кастелло? — уточнил судья.
— Решительно!
— Хорошо. Ещё один вопрос. Скажите, сеньора Боргес, какие отношения у вас были с убитым?
— Я подруга семьи. Его мать и я уже много лет знакомы.
— Из этого заявления, — судья показал на стенограмму допроса Кристины, — можно сделать вывод, что у вас с сеньором Кастелло были интимные отношения…
— Неправда! Это клевета! Я замужняя уважаемая женщина, и никто не вправе ставить это под сомнение! Ничего очевидного во всём этом нет. Просто слова какой-то сумасшедшей женщины!
— Прекрасно, — вздохнул судья, — внесите всё в протокол и дайте сеньоре расписаться.
Стенографист кивнул. Судья же вызвал дежурного и распорядился проводить Оливию Боргес в камеру. Он старался не подавать вида, но в душу его закрадывались некоторые сомнения.
— Что со мной будет? — уже кротко спросила Оливия.
— Вы, наверное, заметили, сеньора, — сказал судья, чуть подавшись вперёд, — что правосудие, увы, работает медленно. Но оно беспощадно!
Чуть позже, когда пришёл доктор Ринальди, судья поведал ему о своих сомнениях.
— Поведение этой женщины, — сказал он, — просто невероятно. Она уверена в своих способностях, приводить в замешательство любого собеседника. Думаю, будет непросто заставить её сознаться. Нам необходимо доставить ту свидетельницу… Кажется, Кристину?… Доставить её в суд для очной ставки. Это очень важно.
— Да, я понял, сеньор судья. Я тоже так считаю, — сказал Ринальди. — Но сначала надо проконсультироваться с врачом, позволит ли её состояние. Что же касается самой Кристины, думаю, она пойдёт на это с удовольствием.
— Хорошо. Как только всё выяснится, позвоните. Пока я здесь, а после полудня в своём офисе.
На том они и порешили. Доктор Ринальди сразу же отправился к Кристине, чтобы обо всём поговорить. Та, конечно же, согласилась на очную ставку. Она сказала, что не может позволить, чтобы Иоланда находилась в тюрьме, в то время как истинная виновница разгуливает на свободе.
— Конечно, — сказала она, — я могу повторить слово в слово всё, что слышала, могу назвать часы и минуты.
Но её племянница, Ракель, не была с этим согласна, она считала, что состояние здоровья её тётки не позволяет ей явиться в суд. Ракель очень беспокоилась.
— Я хочу поговорить с врачом, — возразила она.
— Даже если врач скажет «нет», я всё равно пойду! — твёрдо сказала Кристина.
Но адвокат Ринальди в свою очередь сказал, что Кристина нужна правосудию здоровой и что рисковать нельзя. А очную ставку можно перенести на некоторое время. Он настоял на том, чтобы женщины проконсультировались с врачом, тогда можно будет говорить о конкретном дне.