— Понимаю, — сказал Эстела.
Гонсало кивнул.
— Обрати внимание, Эстела, — закончил он, — я не хочу, чтобы ты свела с ума мою жену. Я просто хочу, чтобы ты ускорила процесс, который уже начался.
— Я понимаю, — повторила Эстела.
— Я рад, что ты всё понимаешь. Это пойдёт на пользу и мне, и тебе.
Окончательно перетянув на свою сторону служанку и с удвоенной энергией продолжая уничтожать Магду, Гонсало вместе с тем неотступно следил за Хуаном Карлосом и Иоландой. Он ничего не предпринимал, но как паук ждал первого же удобного случая, чтобы всех затащить в свою сеть.
Хуан Карлос и Иоланда тем временем решили организовать у себя небольшую вечеринку по случаю освобождения Иоланды, которое воспринималось обоими как некий знак начала новой, счастливой для них жизни. Наконец-то, все преграды и мучения позади и можно вздохнуть спокойно. Так они считали и решили пригласить на праздник всех своих близких. Пришли Игнасио и Вирхиния, Роберто и Сусанна, Серхио и его знакомая Бьянка, и, конечно, Диана Вальдивья с отцом. Все вместе они провели незабываемый вечер, смеялись и радовались.
— Помнишь, — сказала Иоланда Роберто, — ты говорил, что хорошо было бы повторить наш праздник в другом месте, в кругу друзей?
— Да, конечно.
— Мне кажется, что теперь он получился на славу.
— Я тоже так думаю.
Они веселились, болтали и строили планы на будущее.
Поздно вечером все разошлись, Иоланда уложила сына спать и вернулась к Хуану Карлосу. Наконец-то, они остались вдвоём.
— Ну, как он? — спросил Хуан Карлос.
— Спит, как ангелочек.
Хуан Карлос кивнул и, подвинувшись ближе к Иоланде, обнял её.
— Тебе понравился сегодняшний праздник? — спросил он.
— Да, очень.
— Теперь вся наша жизнь будет похожа на праздник.
— Мы всегда будем вместе.
— Я люблю тебя, Иоланда…
Эта ночь была прекрасной и незабываемой.
Наутро они проснулись в прекрасном настроении. Хуан Карлос поднялся первым и приготовил кофе.
— Так вот, сеньора, — сказал он, когда они сели за стол, — это ваш первый завтрак. И хотя я не хочу вас слишком баловать, но, думаю, впереди вас ждёт много хорошего. Вы заслужили это.
Иоланда благодарно улыбнулась.
— Знаешь, Хуан Карлос, — сказала она, — сегодня начинается наша новая жизнь. Я много думала о будущем…
— Да? И что же ты надумала?
— Я подумала, что смогу быть полезной тебе в клинике. Я не хочу сидеть без дела. Хочу чему-нибудь научиться…
— Прекрасная мысль. Только об этом ещё рано говорить.
— Да, пока я должна думать о ребёнке, но всё равно, чуть позже я чем-нибудь займусь. Если ты не против, конечно.
— Конечно, я не против. — Хуан Карлос поцеловал жену. — Но сначала я хотел бы, чтобы мы с тобой отправились в свадебное путешествие.
— В свадебное путешествие? А когда?
— Ну, я не знаю, когда. Скоро. Может быть, в конце недели. Нам надо побыть вдвоём после всех этих событий. Развлечься, забыть всё, что было. Что ты думаешь об этом?
— Это замечательно, — улыбнулась Иоланда. — Но наш ребёнок? Мы его оставим?
— Мне кажется, нам надо побыть только вдвоём. В конце концов, это всего на несколько дней. Ничего с нашим ребёнком не случится. А оставить его можно в доме Вальдивья. Они его любят как своего. Как будто он член их семьи.
— Да-да, конечно.
Иоланда вздохнула.
— О чём ты, дорогая?
— Нет, всё нормально, просто я не знаю, смогу ли оставить его… Мы так хотели быть вместе, и теперь, когда это, наконец, случилось, мне так не хочется разлучаться.
— Отныне ничто нас не разлучит! — сказал торжественным тоном Хуан Карлос. — Мы имеем право побыть немного вдвоём.
— Да… Как приятно завтракать вместе. Мне до сих пор кажется, что это сон.
— Если это сон, то он прекрасен.
Так мило и спокойно начиналась их семейная жизнь.
После завтрака Хуан Карлос уехал в больницу, чтобы поговорить с начальством о коротком отпуске на ближайшие три-четыре дня, а потом он собирался нанести визит Игнасио и Вирхинии. Иоланда же решила побывать в доме Вальдивья и узнать, как они отнесутся к идее Хуана Карлоса. Едва ли что-то могло помешать им, но всё устроить, заранее никогда не помешает.
Иоланда пришла к Вальдивия, когда Хавьера не было дома, а Диана пребывала в унынии. В последнее время это было её привычным состоянием. Что поделать! Врачи спасли её жизнь, но она так и не смогла свыкнуться с мыслью, что ей суждено прожить все оставшиеся дни инвалидом. У неё было слишком много свободного времени и слишком много печальных дум, чтобы веселиться.