— Кристины? — обрадовалась Иоланда.
— Я уверен в этом, — подтвердил адвокат.
31
На следующий день Иоланда шла на заседание суда, окрылённая надеждой. Первым был вызван Габриэль, друг Эктора.
— Габриэль Балкарсе, — начал адвокат Ринальди, — во время первого допроса вы сделали заявление, что судят не того, кто виновен.
— Я готов повторить это, — твёрдо сказал Габриэль.
— Вы хорошо знали обвиняемую?
— Да, сеньор, — ответил Габриэль.
— Какие у вас с ней были отношения?
— Дружеские. Одно время мы втроём: Иоланда, Эктор и я часто проводили время вместе. Она очень душевная и совсем не похожа на других. Может, потому, что совсем недавно приехала в город… Она даже оказала на нас с Эктором хорошее влияние. Например, Эктор бросил учёбу, хотя ему осталось сдать всего два экзамена. Именно Иоланда убедила его, что нужно получить диплом.
— Значит, она имела влияние на Эктора?
— Да, несомненно.
— Я закончил с этим свидетелем, — сказал адвокат.
— Предоставляю слово обвинителю, — объявил судья.
— Вы говорили о влиянии обвиняемой на погибшего. Уточните, какое именно влияние она оказывала. Между мужчиной и женщиной могут возникать разные чувства, — сказал обвинитель.
— Да, но простите… — начал Габриэль, однако его прервал адвокат:
— Я протестую! Ваша честь, обвинитель пытается навязать свидетелю свои выводы.
— Я принимаю протест, — кивнул судья. — Доктор Сантана, продолжайте допрос.
— Какие чувства вызывала обвиняемая у вашего друга?
— Сначала дружеские… — медленно ответил Габриэль.
— А потом?
— Потом Эктор влюбился в неё, — признался Габриэль.
— Он влюбился в неё, — повторил обвинитель. — Скажите, обвиняемая отвечала на его чувства?
— Этого я не знаю, — пожал плечами Габриэль. — Она всегда вела себя с ним как хорошая подруга.
— Вы хорошо знаете своего друга, — продолжал обвинитель. — Эктор был игроком?
— Эктор выпивал. Главной его страстью были женщины. Но игроком он не был. Я никогда не видел, чтобы он играл.
— У защиты есть вопросы к свидетелю? — спросил обвинитель.
— Нет, мне всё ясно, — ответил адвокат.
— Тогда я хочу передать суду письмо, которое прошу приобщить к делу. Кто-то пытается сбить следствие с правильного пути.
— Улика приобщается к делу, — объявил судья. — Пригласите следующего свидетеля.
— Должен сообщить, что свидетельница Кристина Рамирес попала в аварию и не может присутствовать на суде. Она находится в муниципальном госпитале в тяжёлом состоянии, — заявил секретарь.
— Боже, я пропала, — прошептала Иоланда. — Только она могла спасти меня…
— Я вынужден прервать заседание до выяснения обстоятельств, случившегося, — объявил судья.
Входя в дом Исабель, Оливия подумала: «Сожалею, Кристина, но я должна была это сделать. Сначала Эктор, потом ты. Если я попаду в тюрьму, то не переживу этого».
Исабель обрадовалась приходу подруги.
— Бедная Кристина, — сказала Оливия. — Как опасно переходить дорогу и не смотреть по сторонам! Если она умрёт, это будет очередная трагедия.
— Молись за неё, — ответила Исабель. — Я говорила с врачом. Он сказал, что сейчас состояние её тяжёлое, но она, наверное, поправится.
— Он так сказал? — с беспокойством спросила Оливия.
— Да, я надеюсь, что ей скоро станет лучше. Я очень люблю её и благодарна ей за всё. За её любовь к моему сыну…
Сара после недавних ссор с Магдой и разговора с Гонсало старалась быть сдержанной.
— Магда, дорогая, — сказала она, когда та вошла в гостиную. — Я считаю, что тебе уже необходимо сделать некоторые покупки для ребёнка.
— Я собиралась позже отправиться по магазинам, — ответила Магда.
— А у меня к тебе предложение, если, конечно, ты согласишься. Старая колыбель, в которой рос Гонсало, а потом Хуан Карлос, вполне могла бы сгодиться и для твоего ребёнка.
— Хорошая мысль, — согласилась Магда.
— Замечательно, — обрадовалась Сара. — Ты знаешь, что я строго соблюдаю традиции нашей семьи.
— Адвокат Ринальди, сеньора, — доложила Матильда.
— Проси его сюда, — оживилась Сара.
— Сеньора, я пришёл, потому что меня попросил об этом сеньор Монтес де Ока, — сказал адвокат, входя в гостиную.
— Я хотела поговорить с вами о процессе. Как идут дела?
— Пока всё нормально, — сдержанно ответил адвокат.