— Дело в том, что просто я люблю и уважаю Магду, — ответил Хуан Карлос. — Ты должен был поступить так же по отношению к Иоланде. Только и всего.
— Для этого надо в первую очередь уважать себя, — сказала Магда.
— Не позволяй ей так говорить! — возмущённо обратилась Сара к Гонсало.
— Я его жена и лучше других знаю его, — ответила Магда. — А если кому-нибудь мешает моё присутствие, то я могу тотчас уехать. Слава Богу, у меня есть, где жить.
— Игнасио, это ты виноват в том, что сейчас происходит, — заявила Сара. — Ты всегда делал различия между своими сыновьями.
— Они не переносят друг друга только по твоей вине, — возразил тот. — Ты не привила Гонсало обыкновенных человеческих чувств.
33
На следующий день на судебное заседание вновь была вызвана Оливия. Это была инициатива адвоката Ринальди.
— Сеньора, в прошлый раз вы сказали, что с семьёй Кабралес вас связывают тесные отношения, — начал адвокат. — Полагаю, Эктор Кастелло доверял вам?
— Он называл меня тётей, — ответила Оливия. — Я знаю Эктора с рождения.
— Он говорил с вами об Иоланде Лухан? Что именно он говорил?
— Ничего особенного, — уклончиво ответила Оливия.
— Повторить вопрос? — строго спросил адвокат.
— В последний раз, когда я видела его, он сообщил мне о её беременности и сказал, что должен жениться на ней. Она, похоже, пыталась убедить его в том, что это его ребёнок. Несмотря на молодость, Эктор был благородным юношей.
— Вам не кажется, что во всём этом есть противоречие? — спросил адвокат. — Если убитый узнал у доктора Альвеара, что у Иоланды уже несколько месяцев беременности, то как он мог чувствовать ответственность за это?
— Я повторяю то, что он мне сказал, — хмуро ответила Оливия.
— У меня в руках копия контракта, предоставленная мне полицией. Из неё следует, что Эктор Кастелло снимал квартиру в фешенебельном районе города. Квартира была снята на его имя. Кто оплачивал эту роскошь сеньора?
— Эктор был из богатой семьи и мог себе это позволить, — высокомерно ответила Оливия.
— Вы знали об этой квартире?
— Да, он говорил мне о ней.
— А сеньора Кабралес?
— Я ей не говорила. Не хотела беспокоить.
— В день преступления вы были в доме Кабралес?
— Да, — пожала плечами Оливия. — Но повторяю: к тому моменту тело Эктора уже увезли.
— Согласно показаниям Кристины Рамирес в тот день у вас был горячий спор с жертвой. И было это перед тем, как моя подзащитная вышла из комнаты.
— Я ничего такого не помню, — вновь пожала плечами Оливия.
— Я закончил, — сказал адвокат.
Прокурор вновь вызвал обвиняемую.
— Иоланда Лухан, — начал он, — на орудии преступления остались ваши отпечатки…
— Протестую, — заявил адвокат. — Моя подзащитная уже полностью ответила на этот вопрос.
— Протест принят, — кивнул судья. — Продолжайте.
— В день преступления вы решили оставить дом Кабралес.
— Да, это правда, — подтвердила Иоланда.
— Очень хорошо, — оживился обвинитель. — Итак, вы вошли в гостиную и встретились с жертвой. Он попытался задержать вас, и между вами вспыхнула ссора. Так?
— Нет, не так! — воскликнула Иоланда.
— Я утверждаю, что именно эту ссору слышала Кристина Рамирес, — сказал обвинитель.
— Протестую, — вновь заявил адвокат. — Этот вопрос мы уже выяснили.
— У вас есть доказательства? — поинтересовался судья.
— Нет, но если бы здесь была Кристина Рамирес, то эти доказательства были бы, — ответил адвокат.
— Протест отклонён, — покачал головой судья.
— Возможно, ссора возникла неожиданно, — продолжал обвинитель. — Эктор Кастелло любил обвиняемую и совершенно естественно, что он попытался её задержать. Может, даже не выпускал её. Тогда она схватила первое, что попалось ей под руку, и нанесла смертельный удар…
— Это неправда! — закричала Иоланда. — Почему вы мне не верите?…
— Есть доказательства, что вы уже однажды поступили подобным образом, когда пытались заставить настоящего отца взять ответственность на себя. У меня всё. Я хотел бы вызвать сеньориту Сильвию Михарес.
После приведения к присяге Сильвия предстала перед судом.
— Ваша честь, — обратился к судье адвокат. — Сеньориты нет в списке свидетелей, и я не понимаю, какое она имеет отношение к нашему делу.
— Обвинитель может ответить на этот вопрос? — спросил судья.
— Сильвия Михарес может прояснить некоторые детали, — ответил обвинитель.
— Продолжайте, — кивнул судья.