***
— Я еще раз повторяю, Карякин, где Вы были в промежутке с половины четвертого до пяти утра? — Алексей Васильевич Калинин склонился над столом, сверля Михаила недобрым взглядом.
— Я спал, — Михаил в свою очередь почему-то не хотел говорить больше двух слов за раз, тем самым все больше и больше нервируя следователя.
— Где? Мне что, каждое слово из тебя клещами вытаскивать, Карякин?
Последовала пауза. Тишину нарушил тяжелый вздох Алексея. Карякин еще немного помялся, но все же ответил.
— У женщины.
— У какой? Ну, рожай уже.
— У секретарши моего начальника. Вчера была важная встреча с клиентами, а после нее — банкет. Ну я переволновался, выпил лишнего и…
— И изменил своей девушке, — договорил Калинин.
— А откуда Вы знаете про мою девушку? — Михаил удивился настолько сильно, что даже открыл рот.
— Вот как… — протянул Алексей задумчиво, — То есть убитая… То есть встречался ты не только с ней? — Калинин презрительно усмехнулся, — Ну, Карякин, ну орёл!
Вдруг раздался стук в дверь. В допросную заглянул Федя:
— Алексей Васильевич, к Вам там пришли.
— Мы уже заканчиваем. Так, всё, Карякин, телефончик секретарши на стол и исчезни с глаз моих под подписку о невыезде.
Когда дверь за Михаилом захлопнулась, Калинин посмотрел на Федора и произнес, качая головой:
— Ну и скот этот Карякин. Но девчонку вряд ли он убил.
***
— Ну что, уложила? — спросила Лиля у сестры, как только та вернулась на кухню.
— Да, слава Богу, проблем со сном у Петьки нет — засыпает, как только видит подушку, и дрыхнет, как под снотворным — ничем не разбудишь.
— Вот бы и мне так… — вздохнула Лиля. Ей в последнее время не то, что не спалось, от мысли, что придется выключить свет хотелось плакать, как маленькой — громко и навзрыд. А со светом спать не получалось, хоть убей. Вот Лиля и завидовала теперь племяннику изо всех сил белой завистью.
— Тебе чаю еще сделать? — спросила она.
— Да, спасибо, и можешь еще торт из холодильника достать? Мне в магазине сказали, что он очень даже ничего.
— Лен, он же шоколадный. Это автоматически возводит его в ранг королей тортов! Держи, — Лиля поставила на стол блюдца с тортом и чашки.
— Ой, а пахнет как! Ну все, чувствую, Петьке утром не достанется.
— Посмотрите на нее. Мамаша, Вам столько вредно! Кстати, о Петьке, ты же говорила, он, как сурок, спит. А это тогда кто?
— Где? Ой! — Лена неловко развернулась в сторону двери и случайно смахнула рукой свою чашку. Осколки разлетелись по всей кухне.
В этот момент сестры увидели, как к матовому стеклу закрытой кухонной двери подошла детская фигура и стала дергать за ручку.
Лена засуетилась и подпрыгнула со стула.
— Как же это я так… Лиль, извини, пожалуйста, дай веник, я все уберу. Ой, Пете же сюда нельзя. Петя, что ты хочешь? Не входи, тут везде осколки! — ребенок продолжил дергать дверную ручку.
— Нет, ты погляди на него. Доставать еще толком не достает, но надежды не теряет. Петя, иди в кровать, я сейчас приду!
— Лен, ты иди, я уберу, не переживай, — Лиля забрала у сестры веник и подтолкнула ее к двери. Ручка дернулась в последний раз и замерла. Послышались быстрые шажки.
— Ой, спасибо, Лиль, ты еще раз извини, я пойду его проверю. Ему кошмар, наверное, приснился, вот он и колобродит, — Лена открыла дверь. В коридоре уже никого не было.
Через две минуты сестра вернулась неестественно бледная.
— Лиля, он спит.
— Как спит? Он же только что тут был? — Лиля удивленно замерла с веником в руке.
— Он спит. И спал. И никуда не вставал, Лиль, вообще, — Лену начало потряхивать.
— Лен, подожди, присядь. Ты же сама мне сказала, что он выключается, за секунду. Может, как-то умудрился?
— Там… Понимаешь, когда я его укладываю, я подтыкаю под него одеяло, а поверх, рядом с ним, Петя просит расставлять его солдатиков, чтобы они его охраняли. Лиль, эти солдатики… они так и стоят. Петя даже позу во сне не менял. Это что получается…
Лиля выронила веник.
***
— Сейчас, я еще минутку постою и точно пойду, — Лиля стояла на мосту и смотрела на лениво кружащиеся в свете фонаря снежинки. Домой не хотелось так сильно, что она после работы вот уже третий час бесцельно бродила по городу, оттягивая момент возвращения в пустую и пугающую квартиру.
Вдруг хлопнула дверь автомобиля, что-то скрипнуло. Лиля вздрогнула и отвлеклась от созерцания снежинок, посмотрев вниз. Под мостом, прямо у реки, стоял одетый во все темное мужчина, и доставал из багажника старой грязной машины большой мусорный пакет. Девушка застыла. Ситуация казалась до странного неуместной. Какой нормальный человек станет выносить мусор под мостом? В голове промелькнул отрывок из новостей, где ведущая говорила о серии преступлений. Но разглядеть детали происходящего было очень трудно, потому что начался сильный снегопад. Лиля нащупала в кармане телефон, решив на всякий случай позвонить в полицию. Даже если окажется, что мужчина и правда всего лишь оставил мусор, то все же он оставил его в неположенном месте, и в таком случае она окажется просто сознательным гражданином. Девушка начала плавно отступать по направлению к автобусной остановке, слушая длинные телефонные гудки.