Калинин напрягся, быстро достал телефон и кому-то набрал.
— Федя, вы уже установили его личность? … Быстро летите к нему домой. Боюсь, у нас еще один труп.
Развязка
— Подозреваемого в совершении серии убийств арестовали сегодня ночью. Операцию по задержанию провели сотрудники…
Лиля выключила телевизор. С дивана мяукнула Кошка.
— Ты что, смотрела новости? Ладно-ладно, не ной, я тебе за это пойду поесть куплю.
«Спасибо» ждать было бессмысленно, поэтому девушка просто ушла, захлопнув дверь.
У подъезда Лиля заметила сидящую на лавочке женщину. Проходя мимо, она вдруг поняла, что где-то её уже видела.
— Извините… — начала девушка, обернувшись.
— Твой оберег свое отработал.
— Ч-что? Какой оберег? Я же, кажется… Точно, я купила у вас куклу.
— Отдай домового сыну сестры. Тебе он больше не нужен. Береги себя.
— Постойте… — начала было Лиля, но осеклась, отвлекшись на зазвонивший телефон.
Звонил Калинин.
— Я перезвоню, хорошо? — быстро проговорила Лиля, слегка отвернувшись от женщины, и нажала отбой, поворачиваясь обратно.
— Так вот, что значит… — она не договорила, поняв, что женщина, как и в прошлый раз, уже исчезла.
— Да как она это делает…
***
— Тётя Лиля, спасибо большое! Я назову его Ипполит!
— Ипполит? А почему… — Лиля растерянно повернулась к сестре.
— Он недавно впервые посмотрел Иронию судьбы. Очень переживал за судьбу Ипполита. Теперь это его любимый персонаж, — развела руками Лена.
Лиля состроила задумчиво-удивленную физиономию.
— Ой! А чего же я у вас сижу? Меня же ждут!
— Где это тебя ждут?
— Как это где? В участке!
Теперь настал черед Лены корчить озадаченную рожицу.
— Всё, убегла. Не провожай!
***
— Тебе какую версию? Краткую или подробную?
— А краткая это как?
— Тебе чаю налить?
— Да, спасибо. Так как?
— Он сумасшедший маньяк, который пытался воскресить жену. Тебе конфету положить?
— Боже… Положить, а можно две?
— Можно две.
— Спасибо. Давай, наверное, подробную все-таки.
— Был на войне в Сирии, там попал в плен к сектантам. Они его пытали, по его словам, с целью его духовного очищения и прозрения. А дальше он сказал, что в какой-то момент действительно осознал, кто он, зачем живет. Ну понимаешь, да? Не выдержала голова.
— А, правда, зачем? Он сказал?
— Бормотал что-то невнятное про перерождение, чтобы стать богом. Дальше в какой-то момент послушного адепта отпустили нести сектантские взгляды в народ. Идти нашему дяде было особо некуда, поэтому он отправился домой. Там его (по его версии) ждала, а на самом деле мысленно уже похоронила, жена. Картина маслом, приходит муж домой, а там… Не ждали его в общем. Муж груш не любил. Схватил с полки подаренный ему когда-то кем-то кинжал и убил противника. А потом и жену.
— Так же, как и всех остальных убивал? Ударом в сердце?
— Нет, это он придумал уже потом. Ты чего конфеты не ешь?
— Они старые.
— Не выдумывай, мне недавно дарили.
— Значит, не дарили, а умышленно передаривали. Ладно, не отвлекайся, дальше-то что было?
— Дальше он избавился от мужика, а вот на жену посмотрел, и жалко ему ее стало. Пригорюнился он, да и решил воскресить свою птичку.
— Это дословные цитаты, я надеюсь. Он так и говорил, птичку?
— Это я делаю все возможное, чтобы ты оценила мой дар рассказчика. Так вот, здесь стоит отметить, что в университетские годы, он сильно увлекался археологией. Но в какой-то момент, видимо, ему стало скучно просто изучать глиняные черепки, поэтому он начал интересоваться всевозможными легендами, обрядами и прочей мистической мурой. Но ни во что серьезное в университете это не вылилось. Информация просто отложилась у него в голове до лучших времен. И вот, спустя много лет, эти знания все-таки нашли выход. Наш клиент решил, что обладает достаточным профессионализмом, чтобы на основе изученных когда-то материалов создать свой собственный ритуал воскрешения мертвых. Суть его заключалась в следующем: он должен был воткнуть нож — тот самый, которым он и убил жену — в сердце десяти женщинам, чтобы тот, якобы, вобрал в себя жизненные силы убитых. А затем этот нож он воткнул бы в сердце жены и передал бы ей тем самым ранее собранные силы. И воскресил бы.
— А почему десять?
— Что десять?
— Женщин он почему решил, что должно быть десять?
— Не знаю, любимое число?
— Какой ужас…
— Мы его поймали. Это главное.