— Мстислав! Ты что вытворяешь?
— Да кто ты такой? — крикнула в сердцах и ударила кулаком по упругой поверхности.
Меня не на шутку испугали и обеспокоили подобные возможности брюнета. Конечно, Дмитрий тоже читал мысли, но, по крайней мере, не пытался воздействовать по-иному и даже спросил разрешения, чтобы прикоснуться ко мне, а этот тип бесцеремонно влез в сознание и завладел телом.
— Надеюсь, что больше никогда не встречусь с тобой! — сказала, но прекрасно понимала, что лгу сама себе, потому что незнакомец ухитрился оставить глубокий след в душе.
Расстроено вздохнула и прижалась лбом к преграде.
— Я безумно хочу домой! — захныкала, ощутив неожиданно нахлынувшую тоску по тому, что оставила позади. Что мне было делать здесь в секторе нейтрализатора: ждать, думать, плевать в потолок? В то время, когда все твое естество рвется обратно к маме, родной Земле и даже Анж сейчас стала для меня желанной целью.
Будучи в подавленном состоянии, я оттолкнулась руками от опоры, выпрямилась и развернулась на сто восемьдесят градусов, для того чтобы еще раз осмотреть место заключения. Но… Вокруг меня теперь не было белых стен, ненавистное помещение исчезло, сменившись на знакомый интерьер.
— Я дома? — воскликнула в изумлении, осматривая свою комнату. — Дома! — от радости защемило сердце. Набрала полные легкие воздуха, вбирая в себя привычные ароматы. Задержала дыхание, боясь, что с выдохом видение исчезнет. Но нет! Все осталось по-прежнему.
— Господи, может, и не было ничего? Возможно, это был сон, от которого я только-только очнулась, — прошептала, наполняя каждую фразу надеждой.
Поверхностно оценив обстановку, уверилась, что окружающие вещи действительно принадлежат мне, но когда взгляд остановился на окне, возник вопрос: "Почему оно закрыто?" Я никогда не закрывала его летом, вплоть до самых холодов.
Решила развеять свои сомнения. Осторожно ступая по мягкому ковровому покрытию, подошла к оконному проему, сквозь который лился слабый утренний свет. Ловко нырнула под шифоновое облако занавески, облокотилась о подоконник, приблизившись вплотную к поверхности стекла. Глаза впились внимательным взором в знакомый пейзаж.
Напротив пятиэтажки по-прежнему располагаются серые фасады соседних домов. Деревья и кустарники, украшающие улицу, шумят на ветру, разбрасывая разноцветную листву на мокрый асфальт. Видимо, совсем недавно прошел дождь, промочив дорожки тротуара насквозь. Воздух влажный и промозглый. Я почувствовала это даже сквозь сомкнутые створки. Редкие прохожие неуютно ежатся, кутаясь в куртки и шарфы.
И вот стою, наблюдая за протекающей мимо обычной жизнью с высоты пятого этажа, борясь с возникшим ощущением, что меня не было здесь целую вечность.
— Вечность? — прошептала, отправляя вопрос в неизвестность.
Еще вчера на дворе стоял июль, а теперь… Холодная осень. Сумасшествие какое-то! Неужели, возможно, вот так просто взять и выпасть из реальности на несколько месяцев?
Возникшая мысль побудила к решительным действиям. Я вознамерилась осмотреть квартиру на наличие изменений. Ведь они обязательно должны быть, раз прошло столько времени. И конечно же, начала со своей комнаты.
Тщательно изучила каждый уголок, измерила шагами пространство. Все осталось по-прежнему. Мебель стоит на привычных местах. Но что-то здесь все же не так! И недолго думая, поняла причину внутренних колебаний. Вокруг царит безупречный порядок! Кровать аккуратно заправлена. Компьютерный стол приобрел идеальный прибранный вид, что, в общем-то, кажется невероятным. Его всегда заполоняли исписанные тетради, отпечатанные бумаги, книги и всякие милые безделушки, которые теперь были скучно расставлены по местам. И никаких тебе оставленных то тут, то там вещей, сопровождающих каждый мой день. Комната стала другой, в ней больше не было жизни, как и меня. Догадка больно кольнула сердце, задев за живое.
— Так, значит, все, произошедшее не сон, — огорченно произнесла, принимая жестокую действительность.
В последнее время я изрядно запуталась в ощущениях реальности. Складывалось впечатление, что ее грани истончились и стерлись, что теперь сложно определить, жива ли я, или мертва. А, может, то и другое вместе взятое. Но разбираться сию минуту с возникшим множеством реалий, не было никакого желания и смысла.
Кто я? Призрак, неприкаянная душа, сэйфин… Сейчас было совершенно неважно. Главное, я все еще человек и эта часть моей сущности желала лишь одного — хоть раз, пусть даже последний, увидеть маму.