Чтобы соперников унять –Собратьев по перу –Стал их в животных превращать:В ослов и кенгуру,
Кого в слона, кого-то в мышь,Что ест тихонько сыр.Животным миром стал, глядишь,Художественный мир.
Предвидя бешеный успех,Впадая в раж и пыл,Заколдовал знакомых всех –Расколдовать забыл.
Когда товарищей потомПриветствовал поэт,Кто хрюкал, кто вилял хвостом,А кто – мычал в ответ.
Поэт в итоге так привык К мышам, котам и псам,Что человеческий язык Забыл внезапно сам.
В другой манере стал творить –«Хрю-хрю» – через строку.… А люди стали говорить,Что он совсем «ку-ку»!
2011
* * *
Нету смысла в долгой укоризне,Ведь во всём виновна Каббала:Гитлером я звался в прошлой жизни,Ты, конечно, Жуковым была.
Маршал Жуков
(А.Н. Жукову)
Каббала мне жизни не давала,Каббала мне жизни не даёт,В прошлой жизни с Гитлером, бывало, Жуков в бой неистово идёт.
Полон мир времён ушедших звуков – В прошлой жизни Гитлер предо мной. … А теперь – другой, который Жуков, Победил гитарною струной.
Бой немыслим без военных трюков –Нет без них и битвы никакой,… А теперь – другой, который Жуков,Побеждает песней и строкой.
2011
На стихи Валерия Шувалова
* * *
Она вперёд и вышеЗовёт нас за собой:Поэзия – как крышаНад нашей головой.
Под ней живём и пишем,Напастям всем назло,И нам под этой крышей –Уютно и тепло.
Поэт и крыша
Поэзия поэтуКак крыша предстаёт:Зимой подарит летоИ вдаль его зовёт.
Его стремленья выше –Под крышей он – герой,Но главное, чтоб крышаНе ехала порой!
2012
* * *
Что любой язык великИ по-своему хорош,Понимает даже быкИ, пожалуй, даже ёж.
Ведь без языка мы либоВсе молчали бы, как рыбы,Иль, насупившись сурово,Лишь мычали, как коровы…
Поэтический язык
Может быть, когда-то к словуПодходя издалека,Проявлял он нрав суровыйС непреклонностью быка,
Строить фразы не старался,Языком не дорожа.Им язык употреблялсяЖёстко, с колкостью ежа.
Не желая стать коровойИ стихи мычать при этом,Наш поэт возвысил слово,Ставши истинным поэтом.
2012
ИРОНИЧНЫЕ СТИХИ
Философы
Декарт когда-то усомнилсяВ существованье бытия:«Вот дождь за окнами пролился,А вдруг его придумал я?
А вдруг за тёмною стеною,Куда не проникает свет,Нет дня, не видимого мною,И мирозданья тоже нет?
Нет туч, нет синего пространства,Ни смены дней, ни хода лет,Ни желтой осени убранства,Да и планеты тоже нет?»
И вторил Кант: «Все субъективно.Где объективный взгляд, скажи?Мы изучаем мир активно,А это – мысли виражи,
Всего лишь нашей краткой мысли,Иль чувства яркого полёт,Мы сочинили буквы, числаИ объяснили их черёд.
Реальный мир непознаваем,Лишь стоит выглянуть за дверь –Мир субъективный открываем,Его реальности не верь».
«Ну вот уж нет, – промолвил ясноИ однозначно Галилей, –Мир есть, и этот мир прекрасныйИмеет множество ролей:
Так много жизни под луною,Планет так много над луной,И дни проходят предо мною,И звёзды светят надо мной.
Мир звёздный цифрами проверен,И чётко выверен закон.В его доступности уверен –Красив и познаваем он.
А числа – мира подоплёкаИ подоснова бытия.Известен возраст звёзд далеких,Их вечный ход познал и я».
...Так о законах мирозданьяМужей учёных вечен спор,И нет предела их познанью –В веках не стихнет разговор.
Но по другим законам вечнымЖивет поэзии строка,Прозрачен путь небесный млечный,Текущий в небе, как река,
И подоплёка цифроваяНе зарифмуется строкой,И слов мелодия живаяНе постигает звёзд покой.