- А как ты "умер"? - поинтересовалась Веселея у Брома. - За контрабанду ты бы получил два года работ, а теперь, с поддельным свидетельством о смерти, тебе грозит смертная казнь!
Рыжий и двое светловолосых мужчин переглянулись, впечатленные познаниям подружки.
- Я немного пошалил там... - замялся Бром. - Главный дознаватель узнал и почти прибил меня. Вот и помогли мне, так сказать, переродиться в обмен на твое, Иришка, местонахождение. И теперь меня зовут Барий Карлович. Созвучно вышло.
- Что такого нужно было сделать, чтобы прямо "умереть" нужно было? - удивилась я.
- Мала еще, чтобы знать! - щелкнул меня по носу Бром, который теперь Барий.
- Да по койкам высокопоставленных чиновничьих жен он шлялся! - выплыл к нам кок Крис. - Вот и поплатился. А такая красивая жена дожидалась...
Я покраснела. Веселея тоже. И так нас опалило жаром, что все уставились и мгновенно поняли - мы совсем девочки. Во всех смыслах.
Тесное знакомство с нашими сопровождающими.
Крис спас от взглядов удивленных мужчин и вытащил из каюты меня и Веселею, уведя на камбуз. Там за столом нас потчевали всем, чем только можно и нельзя и умилялись нашим округлившимся формам будто мы упитанные младенчики.
Подружка похвасталась, что у нее появились милые питомцы и она теперь тоже готовить умеет. Мне пришлось уточнить, что готовить она научилась не улиток. Сама я призналась, что теперь умею только больше есть. Кок с помощниками хищно уставились на банку с вытянувшей рожки Улей, поздравили нас с успехами и принялись обсуждать самые изысканные рецепты морской кухни с мясом улиток.
- Как ты тут оказался, Крис? - спросила Веселея, крепко сжимая банку.
- Без Брома совсем скучно и тяжко стало. - признался он. - Орман слетел с катушек и распустил половину команды. - и добавил шепотом - Жена его "налево" стала ходить, вот и звереет он.
Почему жене капитана Ормана нельзя ходить налево я не поняла и, чтобы не прослыть совсем темной, уточнила тихонько у Веселеи. Та напомнила сцену из книги "Аделаида в ажурных портках" и назвала ее замужнюю жизнь как "сплошное лево". Ужас какой! Я теперь просто сворачивать по дороге налево не смогу, не вспоминая второй смысл этого слова.
- А мы подались под парус капитана Морна. - не заметил наших шушуканий Крис. - Тот уже давно сманивал. Часть нашей теперешней команды вас помнит, так что не стесняйтесь и обращайтесь, если что.
Так и вышло, что добрая треть матросов оказалась нам знакома. Мит и Лок тоже были здесь и, радостно поприветствовав, решили везде все показать и рассказать. Своим дружелюбием они начали раздражать наших сопровождающих, которые не раз упомянули, что они ответственны за нашу безопасность. Зря они так! Веселея же будет их испытывать на прочность и стойкость.
Алех и Рустам везде торчали рядом и неодобрительно посматривали, как мы висели на канатных сетках, обследовали трюм и напросились на капитанский мостик. Нас, девочек, и матросов пустили, а их нет. Капитан Моран, добродушный седой дядька с длинными усами, сказал, что у мужчин нет красивых глазок и им нечего злобно смотреть на капитана.
На мостике мы смотрели во все стороны. Какие-то приборы, трубки и рычажки. Это нас не очень заинтересовало. То ли дело штурвал! Веселея подбила меня выпросить у капитана крутануть руль. Тот разрешил, но под его чутким руководством. Ничего интересного, скажу я вам! Капитан Моран что-то покрутил и штурвал стал двигаться только на несколько сантиметров в обе стороны. Сплошное разочарование для подружки. И для меня немножко.
После прогулки по кораблю, с отрядом нам пришлось познакомиться поименно, а то как-то неудобно кричать "эй, человек!"
Рустам - самый серьезный и ответственный. Ему и по возрасту положено (сорок два годика человеку ведь) и по положению правой руки Виктора. Веселея очень к нему прониклась и выведала то, что он женат, есть двое детишек и он готовится стать папой снова.
Теперь понятно - откуда у него столько терпения и понимания. Ведь это именно он наблюдал за нашими передвижениями после посещения капитанского мостика и спокойно страховал, когда мы опасно свесились через перила. Как выяснилось, туго натянутые канаты, на которые мы оперлись, всматриваясь в водную даль, называются леера. Веселея сказала, что скоро мы начнем разбираться в мореходстве не хуже морских волков.
Яков - один из блондинов. Очень немногословный человек. Точнее, он вообще молчал все время. Когда Виктор его представлял, тот только кивнул на свое имя. Подружка пыталась применить к нему свой запрещенный прием - заболтать нудными молитвами и проповедями, но тот внимательно выслушав даже не поморщился. На вопрос "чем он занимается на службе", мы получили лишь ухмылку и загадочный прищур голубых глаз. Кремень-человек!