Минут через пятнадцать они вернулись, подозрительно улыбаясь. Подружка глазами указала на окно. Мы все выглянули. Из канавы через дорогу торчала трехколесная телега, опрокинутая на бок. Вылезали из нее совсем уж помятые мужики, которых тут же принимали подоспевшие стражники.
- Они много всякого наговорили о нас. - пожаловалась Веселея. - Алех затолкал их обратно в транспорт, а я только убрала кирпичики от колес. Дальше они сами. Ну, может только чуток подтолкнула телегу.
Алех протянул мне маленький букетик мать-и-мачехи. Все разулыбались. Я уставилась на цветочки и осторожно приняла его из поцарапанной руки. Ага! Я поняла! Быстро схватила его руку, развернула царапинами вверх и смазала соком цветов. Не раз так заживляли ссадины Веселеи, когда под рукой не было мази.
Все уставились на меня. Алех нахмурился. Подружка закатила глаза, извинилась перед всеми и настойчиво предложила мне идти в комнату. А еду попросила принести к нам.
- Ты чего? - накинулась она уже в комнатке на двоих. - Он тебе цветы, а ты?!
- А что не так? - не поняла я. - Заживляют они хорошо и ты сама это знаешь.
- В книжках везде пишут про цветы от поклонников для прелестных дам. А ты отжала букет как тряпку и измазала ухажёра...
- Подожди! Это был букет как от поклонника? Но мы читали, что сначала должны быть взгляды, комплименты и вздохи. Потом букеты, прогулки и совместные ужины. Не сходится.
Мы задумались. Интересно, а мужчины сами-то знают о последовательности романтических действий? Вспомнили также о романе с картинками. Там вообще никаких цветов не было. Собственно, кроме истерик и страстных примирений там писалось только о жирном коте знатной красавицы.
- Как узнать - зачем Алех мне цветы принес?
- Что мы знаем из книг? - начала разбор Веселея. - Два человека встретились и полетели искры. Это как?
- У меня искры были однажды. - призналась я. - Из глаз. Когда я головой приложилась о бронзовый подсвечник в молельном зале. Предлагаешь стукнуться головами?
- Статья сто восемь - причинение физического вреда, а если сильно, то подпункт два - до пяти лет работ. - не задумываясь протараторила она. - Что еще там было? А! Томные вздохи, подмигивания и комплименты.
- Алех часто вздыхал, когда ты на корабле по канатам ползала. Это считается?
- Не знаю. - усомнилась Веселея и возмутилась - А чего он тогда не мне цветы принес? Вот придумали такие сложности! Подошел бы да сказал - нравишься, люблю, женюсь... А тут сиди и гадай чего он надумал.
Поразбирав еще с полчаса эту ситуацию, я неожиданно вспомнила, что сегодня у меня день рождения. Что-то мы так впечатлились этой поездкой и ночевками в неизвестных ранее местах, что пропустили этот момент. Парень просто вежливый и внимательный, а мы-то уже нафантазировали!
- Ужин для леди. - постучав, к нам вошла молоденькая девушка с подносом.
Она быстро расставила тарелки и приборы и вышла, пожелав приятного аппетита.
Следующие три часа были отданы ужину, отмоканию, отмыванию и переодеванию. Ночь на простых, но мягких кроватях - это просто восторг всех моих измученных клеточек.
Утро встретило нас мелким дождиком. А ведь сегодня нам идти вступать в наследство. За завтраком Виктор предложил отправиться в администрацию города нам вдвоем, но Веселея сказала, что ни за что меня не бросит. Алех хмуро согласился, косясь на меня. Поехали все вместе.
Закутавшись в плащи и куртки, мы въехали во двор перед высоким белым зданием. Красиво очень. Огороженные низкими и аккуратными заборчиками, росли розовые кусты и деревья с выбеленными стволами. Широкие ступени привели нас в большой холл, из которого уходили в стороны коридоры и лестница на второй этаж. Людей здесь было много и почти все ходили с папками, бумагами, перьями и чернилами в баночках.
Тощий и даже какой-то сухой мужчина в черном костюме встретил нас в приемной на входе. Услышав интересующий нас вопрос, он встал и попросил следовать за ним в отдел, занимающийся наследством и общими финансовыми делами. Там Виктор предъявил такому же тощему мужчине в очках документ о моем замужестве, а я свидетельство о своем статусе вдовы. Мужчина-нотариус внимательно прочел все, сделал записи в толстых книгах, порылся в папках бумаг в огромном шкафу, достал тоненькую папочку.
Нас проводили в свободную комнату со столом и стульями для ознакомления с документами. Я и Виктор присели. В папке лежали три листа. Первый был написан рукой отца и говорил о том, что он дает тысячу золотых в долг. Второй уведомлял о том, что я могу вступить в наследство, если выполню условия. Третий - о наличии в банке моего личного счета.