Вспоминать прошлое не очень хотелось, но оно само нахлынуло вместе со слезами. Лет с тринадцати мама мне чуть ли не ежедневно внушала, что выйти замуж за богатого - это главная цель в моей жизни. Мне не разрешалось гулять, знакомиться и дружить. Да и вообще, знакома я тут была только с ближайшими соседями. Из дома выпускали меня только для того, чтобы гувернантка меня сопровождала в библиотеку или в музей. Учиться мне нравилось и я была только рада этому. Даже с папой начала обсуждать дальнейшее обучение на профессию учителя. Тот слушал и соглашался. Потом, в шестнадцать, меня увезли в соседнее королевство. Я тогда впервые вышла из себя, после очередного наседания с выгодным замужеством, и сбежала. Это спасло мне жизнь, но каждый раз я думала, что могла бы спасти родителей, если бы осталась там.
Ключ от дома и стопку носовых платков внес тот же мужчина, который выдал документы. Прочитав десятки бумаг, я поставила бесконечное количество подписей. Если бы не Виктор и Веселея, то просидела бы я за этим занятием до следующего утра. Подружка сказала, что платки принесли, чтобы утирать холодный пот ужаса слабонервным. Я же воспользовалась одним и для слез.
Последнюю бумагу я подписывать не стала. Продавать единственное жилье за сто золотых не входило в мои планы. Этого мало за комфортабельное жилье в тихом районе крупного города. Мужичок в очках предупредил, что бумагу утилизировать он не станет и будет ждать меня три дня.
Мы отправились смотреть дом. Слава Единому, я помнила дорогу - от администрации по узким улочкам в самый конец до высокого каменного забора.
Зрелище удручало. Калитка на участок была крепкой, в отличие от здания. Большой тополь рухнул на крышу двухэтажного дома, проломив ее. Окна почти все лишены стекол. Маленький придомовой участок зарос бурьяном.
Мы прорвались к дверям и вошли внутрь. Многолетняя пыль покрывала все и везде, чем напомнило мне дом Брома. От непогод покрытия пола перекосились и при каждом шаге издавали ужасающие скрипы. Целой была только кухня.
Сзади послышался треск. Вздрогнув, я обернулась. Веселея отряхивала руки от мелких крошек, которые когда-то были глиняной статуэткой танцовщицы. Алех молча протянул руку к еще одной фигурке на комоде, но та рассыпалась от единственного прикосновения.
- Сколько там предлагали за этот сарай? - тяжко вздохнув, спросила у Виктора.
Мое решение одобрили все и мы отправились обратно.
Разбор наследства.
Господин нотариус ждал. Более того, он даже отказался от обеда лишь бы побыстрее заключить сделку. Виктор заподозрил неладное и решил уточнить о стоимости земли у своего знакомого и, чтобы слышали все, сказал, что идет к Анфису. Ценник на дом тут же увеличился втрое.
- А кто такая эта Анфиса? - поинтересовалась я.
- Анфис. - поправил он. - Это знакомый отца, который занимается перепродажей участков и домов.
- Вы же в Малых Колоколах живете! - удивилась Веселея.
- А он работает даже в Царь-граде. Так что, если что, то обращайтесь.
Документы подписали быстро уже по проверенной тактике. Сначала читал Виктор, потом проверяла для большей точности Веселея, а затем я читала для себя я и ставила подпись. Четыре бумаги пришлось нотариусу переделать, так как подружка там нашла ошибки.
- Вот эти четыре пункта меня смущают. - тыкнула она пальцем в документы. - Если дом будет продан, то какого лысого Ухрика Ираида должна платить налог на землю еще год?! И вот тут имя исправьте. Ираида Евсеевна, а не Ираида Елисеевна.
По бумаге, где неточно было указано мое отчество, я отчуждала нотариусу постройки на участке. Если бы я подписала сейчас, то через время документ могли бы опротестовать и заставить меня за свой счет производить снос и расчистку. Ушлый, тощий жук этот сухой мужик!
Нотариус рассыпался в извинениях и, кроша свои зубы, принялся исправлять. Потом еще делал копии для меня и Рустама, который выступил в качестве свидетеля. Виктор на правах родни не мог (заинтересованное лицо). Веселея еще не вступила в законное совершеннолетие (а замуж хоть сейчас). Алех отказался по каким-то своим причинам (Веселея только хмыкнула своим мыслям на этот счет). Остальных опередил Рустам и согласился.
Триста золотых - немалая сумма. Я бы сказала огромная. Вот только купить на эти деньги можно только самую захудалую квартирку на окраине. Алех предложил переехать жить в Малые Колокола и там купить вполне приличный маленький домик. Даже помощь в покупке предложил. И в выборе самого дома. И денег добавит, если что. Подружка округлила глаза. Мужчины стояли с каменными лицами и лишь глаза их сверкали.