До таверны дошли под музыку и песни. Около меня попытался отираться длинный и худой парень, но его оттеснил Алех, вывернув тому руку.
Новобрачные расселись и все тоже стали рассаживаться. Меня увели в сторону родственников, хотя я хотела сесть рядом с Алехом и Веселеей.
- Пока надо соблюдать приличия. - сказала Тания Власовна, усаживаясь рядом. - Потом уже, когда все напью... Эээ... Я хотела сказать, когда бдительность людей подспадет, то можно будет пересесть.
Бдительность спала у народа очень быстро. Все пели, плясали, ели и пили. Несколько раз подходил батюшка и горячо благодарил за такую радость, как избавление от сельского бедствия. Еще он подливал ковшом из ведра святую воду в наши кружки. Я так и не поняла, про что он говорил.
Моя бдительность тоже чуток упала после "маленьких капелек за здоровье молодых и удачное завершение нашего дела". Бабушке я отказать не смогла и тихонько пригубляла разбавленное вино.
Пока отец Митрий отвлекал бабушку, меня за руку утянули в ручеек. Танцевать я совсем не хотела, но сил сопротивляться не хватило. Вот я бегу в коридорчике из парочек с длинным парнем за руку. На выходе нас встретила пара - Алех и Веселея. Обрадовалась. Длинный парень был скручен Веселеей и уволочен рыжиком в сторону сарая при таверне. Никто ничего не заметил. Слишком много народу и очень шумно вокруг.
- Тебя совсем нельзя оставить одну! - пыхнула недовольно подружка.
- Я не специально. - попыталась оправдаться я.
- Почему-то я никогда в такие ситуации не попадаю! - уперла она руки в боки.
В этот момент два парня, которые раскидывали навоз у храма, с двух сторон подхватили Веселею под руки и утащили в очередной танец с выкидыванием ног. Меня опять попытались утянуть, но Алех уже вернулся и отогнал деда Митяя.
- Там Веселею утащили. - показала я на пляшущую подружку.
- Так им и надо! - отрезал рыжик и заступил дорогу еще одному подвыпившему прыщавому парню.
- Я бы в комнате таверны пересидела. - попросила Алеха проводить меня.
Он поднял меня на руки и усадил в телегу новобрачных, попросив тут посидеть и подождать его.
- Сейчас я раскидаю этих двоих... уже троих и отведу тебя в дом бабушки Мии. Подальше отсюда.
Ну я и устроилась поудобнее, пока Алех выкручивал руки боевым парням. К этим троим подключились еще трое неизвестных. К рыжику присоединился Яков, Веселея и Олена. Связаны были все драчуны и моя подружка, которая пыталась добить хоть кого-нибудь. Краснощекую Олену увел Виктор, так и не дав никого приголубить ковшиком батюшки.
Уже хотела спрыгнуть и подойти к рыжику, чтобы отправиться домой к бабушке Мие, но тут телега тронулась и быстро понеслась по дороге. В другую сторону. Я попыталась докричаться до угонщика, но была не услышана. Пришлось сидеть и молча наблюдать за горланящим песни мужиком.
Остановились у какого-то домика с ухоженным участком в зарослях кустарников и деревьев. Большой черный пес сидел у дверей и смотрел на нас. По-моему, с осуждением.
- А ты тут откуда? - обернулся мужчина и уставился на меня подозрительно. - Очередная невеста на отбор? Я не согласен!
- Нет-нет! Я родственница Виктора. - помотала головой в стороны, отчего немного закружило.
- Точно? - недоверчиво прищурился он. - Олена не подсылала?
Снова помотала головой, но уже более осторожно.
- Я Григо. - представился мужчина. - Знала бы ты, как она меня одолела!
До темноты мы сидели на пороге чужого дома, пили вино и закусывали каким-то безумно вкусным пирогом с нежным кремом сверху. Это Григо позаботился об угощениях. Я обнимала собаку и слушала рассказы мужчины о проделках Олены.
Было интересно и ново для меня вот такое времяпрепровождение. Было. Пока толпа старых и новых родственников, а также Веселея и Алех не нагрянули к нам. Я была поругана мужской частью и похвалена за находчивость женской. Празднование продолжилось уже в маленьком домике травницы.
- В следующий раз меня с собой зови. - попросила Веселея и с ней согласилась Олена.
Пробуждение и воспоминания.
Утро нас встретило криком петуха. Потом еще одного и еще, еще, еще... Сколько их там?
- Иришка, откуда тут петухи? - прохрипел кто-то рядом.
С болью во всем теле, а особенно в голове, повернулась. Веселея, утыканная перьями по всем волосам, лежала со мной на одной кровати.