В месте впадения реки в море стали появляться на берегах люди и домики. Останавливаться не стали и парни налегли на весла.
Я почему-то думала, что в устье всегда большая скорость течения. Тут же течение будто вообще прекратилось и вода почти стояла, отчего парням на веслах пришлось поднатужиться. Бром сказал, что это от перепада плотности соленых и пресных вод и от того, что у моря тоже есть свое течение. Познавательная прогулка вышла.
Корабль стоял в месте, где было глубоко. Подплывая, я и Веселея таращились, пытаясь разглядеть все подробности. Примерно на таком я с родителями плыла в другое королевство и возвращалась с Агатой. Мурашки пробежались по спине от воспоминаний.
- Что-то не так? - уточнил Бром, заметив мои дерганья плечами.
- А у корабля парус белый или полосатый? - зачем-то спросила я.
- Полосатый. Ты ходила на корабле с белыми? - он удивленно посмотрел на меня. - Дорогое удовольствие.
Я только криво улыбнулась.
Корабль был красив и огромен. Поднятые паруса были как-то скручены и везде протягивались веревки. Также была канатная сетка, по которой ползали моряки.
Подойдя совсем близко к боку, я подумала, что мы сейчас разобьемся, но раздался только глухой стук. Сверху скинули канаты, которые Лок и Мит закрепили по концам нашей лодки. Начался подъем, который совсем меня обессилил от страха. Зато Веселея пищала от восторга и свешивалась наполовину через борт. На борту нас встретила команда, среди которой я заметила того парня, который просил помощи для Брома. Он же и вышел вперед, радостно улыбаясь.
- Ираида, я рад вас видеть! - подхватил он мою руку и вытащил на палубу. - Какими судьбами?
- Сильно не распинайся, Морт! - рыкнул Бром. - Ираида-моя жена и я лично вырву твои щупальца, если ты их протянешь. Тоже самое касается всех и в отношении сестры моей жены - Веселинки.
- Веселеи. - поправила тихо я.
- Поцелуйте ската по одному и все разом! Слышно было всем, что я сказал? - обвел он команду взглядом. - И чтобы ругательства запихнули себе в ж... Вы поняли куда!
В ответ донесся гул согласия.
Нас проводили в каюту, которую занимал Бром. Все свои вещи он собрал и перетащил куда-то, оставив меня с подружкой располагаться и отдыхать. Взметнувшийся адреналин после подъема лодки не способствовал отдыху. Наоборот, хотелось бегать и все посмотреть. Но это в душе. Снаружи я была будто деревянная. Зато Веселея открывала и заглядывала во все шкафчики и уголки.
Узкая кровать и стол, прикрученные к полу, шкаф, встроенный в стену и гамак под потолком справа от двери. Все стены оббиты рейками. Вот и все. Веселея забронировала гамак. Я была рада этому. Даже не представляю как можно туда забраться!
Неожиданно дверь распахнулась и на пороге возвысился темноволосый мужчина с суровым выражением лица. Я замерла. Веселея, которая поставила стул и уже одной ногой была в гамаке, обернулась и начала заваливаться. Мужчина подхватил ее за талию, выставил за порог и захлопнул дверь. Я отступила в угол между столом и кроватью.
- В следующий раз, отступай ближе к дверям. - посоветовал он немного рычащим голосом. - Так сбежать больше шансов.
- У дверей вы стоите. - проговорила я, а внутри все сжалось от страха.
- Верно. - он осмотрел меня с головы до ног. - Решила выскочить за моего старпома и его деньги прикарманить?
Я отрицательно помотала головой.
- Нет? Разве? Ты думаешь мало было тех, кто пытался облапошить моего друга?
- Мы с Бромом не обсуждали подобные темы. - ответила я довольно резко.
Да что он себе позволяет?! Я никак не давала никаких намеков на то, что меня волнуют деньги. Точнее волнуют, но только мои. Мой дом, который остался от родителей. И все! Плечи мои развернулись.
В каюту ворвался муж.
- Я, как посмотрю, вы уже во всю знакомитесь? - гневно забасил он на мужика. - Меня не забыл пригласить? А, Орман?
Этот самый Орман не сводил глаз с меня. Я тоже уперлась и глядела в его бесстыжие очи.
- Выйдем! - коротко бросил он и вывел Брома.
Вошла Веселея и запрыгала от восторга.
- Какой мужик! - восхищенно вздохнула она и упала на кровать. - Видала? Огромный, красивый, а как форма ему идет!
- Не заметила. - я опустилась рядом. - Если только то, что он злой и умеет наговаривать.