— И это всё? А где обломок, который я принёс? — разочарованно высказался мужчина, подбирая почти невесомую сферу.
— Всё внутри, — принялась пояснять девушка, — сильно ударь о твёрдую поверхность до появления трещины. Затем положи на пол. Через десять ударов сердца сжатие прекратится. Металл обретёт исходный вес с объёмом.
— Да ну… Есть и такая магия? Хочешь сказать, что внутри пара сотен килограммов золота? Шарик почти ничегошеньки не весит… — недоверчиво объявил наёмник, рассматривая золотой кубик.
— Тебе виднее.
— Ну-ну… А со стеклом так же сделать сможешь?
— Каким стеклом? — непонимающе уточнила девушка, окидывая взглядом помещение.
— Да вон обломки валяются.
Увидев на полу указанные осколки стеклянной панели, Галана, нахмурившись, спросила: — Это вы экран разбили?
— Ага. Сможешь так же в шарик много этого стекла засунуть.
Посмотрев на человека как на идиота, она выдохнула, смиряясь с казавшейся абсурдной ситуацией.
— Смогу. Даже спрашивать не хочу, зачем они вам… Нужен какой-то конкретный элемент или скопировать как есть?
— Как есть.
— Клади на платформу.
Пока новая знакомая повторяла всю процедуру с одним из осколков экрана, Арваде прошёл в центр помещения, где всё ещё парили в воздухе заменившие стулья пластины. Присев на корточки, он ударил прозрачным шаром о пол, а увидев трещину, вскочил и отбежал к столу. Как раз закончившая создавать вторую сферу девушка обернулась сообщить об этом и увидела, как за секунду резко расширился золотой кубик, став размерами по пояс мужчины. Одно из летающих сидений оказалось слишком близко и с огромной силой было отброшено в сторону золотом, занявшим его место.
— Ты! Ты опять меня чуть не убил! — спустя десяток секунд во всю мочь заорал Ирбис, глядя на воткнувшуюся углом в стекло пролетевшую у самого носа металлическую пластину, — ты это нарочно делаешь! Точно нарочно!
— Прости, малой… — виновато улыбнулся наёмник, — вообще не верил, будто золото появится. Не думал, что так получиться…
— Вот именно! Ведь вообще не думаешь, когда сокровища видишь!
— Извини, мне и правда жаль. Это было не специально.
— Нового золота создавать не буду, — сухо заявила подошедшая к мужчине Галана и сунула тому в руки новую прозрачную сферу, в которой находилось нечто, напоминавшее стеклянную пыль. Убрав ее в сумку, Арваде коротко поблагодарил брюнетку и подошёл к золотому кубу, дабы обнаружить, что он сложен из множества одинаковых маленьких кубиков размерами с фалангу пальца. Незамедлительно на свет было вынуто огниво, и начались безуспешные попытки высечь искры.
— Вы ведь не можете им питаться. Организм не приспособлен. Почему Арваде пытается грызть метал? — недоуменно поинтересовалась успевшая подойти к зверолюду девушка, теперь со сложенными на груди руками, наблюдая за странной картиной со стороны.
— Так проверяет, настоящее золото или нет. Есть не будет. Надеюсь… Он с ума сходить начинает при виде золота. Вот…
— Не гони на меня, малой! А золотишко-то настоящее! Галаночка, сожми его обратно, будь добра.
— С чего вообще взял, будто смогу повторно сжать⁈ — возмущённо отозвалась девушка.
— Не сможешь?..
— Там, где оно сейчас находиться не смогу. Нужно поместить на платформу конструктора.
— Понял! Сейчас перетаскаю. Дайн, одолжи плащ.
— Нет! И помогать не буду! Сам виноват… Вот и таскай…
Спорить мужчина не стал, а придумал другой способ переноски. Достав из сумки штаны и завязав узлы в нижней части штанин, наёмник принялся засыпать в них золотые кубики. Затем, закинув импровизированный мешок на плечо, подошёл к дальнему левому углу помещения и высыпал содержимое на круглую платформу.
— А ведь всё золото не поместиться. Девах. Сможешь несколько раз сжать его?
— Смогу.
Совершив ещё две ходки, Арваде, засыпая в штаны новую партию драгоценного металла, вдруг спросил: — Слушай, Галана… Я, конечно, уже не требую… Не в претензии… Всё же за спасение своё знатно заплатила. Сам дурак, что вывалил золотишко прямо тут. Но, может, всё-таки расскажешь о себе и этом златоглазом уроде?
— И про бездну, — добавил любопытный зверолюд.
Задумавшись, девушка присела на выступ под стеклянной панелью, совершенно не замечая лежавшего у её бедра белого лисёнка.