— То есть нам?
— Да, нам. Деньги и ценности пополам поделим. В их вещичках может найтись ещё не испортившаяся еда. Может быть, благодаря им сможем уже сейчас покрыть расходы на поход. Так что оставь избитую мораль где-нибудь в сторонке. На время… И подумай о себе. Я в любом случае легковесное добро с мертвецов соберу. Разница только в том, достанется тебе с них что-то или нет. Вот скажи, достанется?
Зверолюду пришлась не по душе сама мысль обирать покойников. Вот только в словах человека имелась логика, а чётко сформулировать мысль о том, что именно плохого в мародёрстве, учитывая текущую ситуацию, не получалось. Но от собственных чувств с убеждениями, пусть и не подкреплённых вразумительными доводами, отказываться не хотелось.
— Мне не нравится грабить мёртвых…
— На ответ не тянет. Значит, отказываешься от этой добычи?
— Возьму только еду, если она найдётся. Вот.
— Как знаешь. В пустую выгоду упускаешь.
— Угу. Знаю. Но не хочу такой добычи.
Махнув на зверолюда рукой, Арваде со вздохом велел: — Три точки поставь и не мешайся тогда, — после чего вновь направился к мертвецам.
Ирбис покачал головой, решив не мешать человеку, вновь занявшемуся обыском покойников. Дабы не терять время понапрасну, он быстро сделал соответствующие пометки в тетради и уже сам внимательно осмотрел место трагедии, тем не менее, избегая взглядом тел. Первое, что привлекало внимание, это отсутствие поверженных нападавших. Не было даже частей их тел. Зато имелись следы. Помимо кровавых отпечатков сапог, обнаружилось несколько верениц совсем маленьких красных точек на полу и стенах, которые с первого взгляда можно было спутать с засохшими брызгами. Нечто подобное парнишка однажды уже находил на безымянном острове в виде маленьких углублений в земле, оставленных паучьими лапками. Особенно много их было возле костра после ночного нападения.
Стараясь не смотреть на мертвецов, мальчишка прошёл по следам немного дальше по коридору, а убедившись в верности догадки, вернулся обратно.
— Ведь говорил: строго за мной ходить, — проворчал наёмник, — дальше дорогу ещё не разведал.
— Эм… Я след смотрел. Думаю, это пауки сделали… Тут везде точки из крови. Видел похожее, но только в земле. Так большие пауки ходили.
— Сам заметил, — не оборачиваясь, кивнул наёмник, заканчивая обыск пятого покойника, — на гномах сплошь колотые раны. Вон у того даже кольчугу пробили. Точно не укусы. Лапками били. Приметил кое-что странное?
— Тут всё странное!
— А точнее?
— Следы пропадают немного дальше. Там, где отдельно гномка лежит. Несколько на стене видел и всё. Оборвалось.
— Понял, но не об этом речь, друг мой рыжий.
— О чём тогда?
— Все тела целы. Ни единого укуса! Местные твари убитых не забрали. Не съели на месте. Бросили, где убили. Хищники так не поступают… Возможно, их убили, охраняя территорию. И это ещё не всё! Сам уже догадался, о чём толкую?
— Угу. Несколько следов на стенах есть. Будто по ним ходили…
— Точняк! Паутины никакой здесь и близко нет, а по стенам твари ходят. Камень то гладкий совсем. Выщербин нет. Но не падали!
— И остатков пауков нету. Арваде, ты ведь сможешь с пауками справиться?.. Эм. Я о том, что золото ведь металл. Вдруг они как каменные тролли, только из золота?
— Было бы шикарно! — усмехнулся мужчина, направившись к лежавшему в некотором отдалении последнему покойнику, оказавшемуся гномкой, единственной в погибшем отряде. Там же, у стены, находились и их сумки с рюкзаками.