— Этой дыры здесь раньше не было! — воскликнул Арваде, — и глаз этот должен быть снизу. Почему теперь сбоку. Малой, мы не туда свернули?
— Нет. По твоим стрелочкам шли, — ответил парнишка, решивший рискнуть и высунуть руку наружу, а ощутив холод, сразу её отдёрнул.
— Ладно. К предыдущему повороту возвращаемся и попробуем по карте сориентироваться.
Несколькими минутами позже мужчина встал как вкопанный перед нарисованной мелом у поворота стрелки, задумчиво почёсывая затылок: — Странно. Шли ведь правильно. Но вон той выщербины на полу в метре от нас точно не было, когда в прошлые разы тут проходили! Не могла она так быстро образоваться! И куда из неё раскрошившийся камень пропал? Что тут происходит⁈… А ты вообще заткнись, пока последние зубы не выбил!!!
— Что?.. — растерянно уточнил зверолюд, — я молчал.
— Да не тебе, Дайн…
— Тут только я…
— И это замечательно! Пусть так и остаётся.
— Ты… Ты ведь кого-то ещё видишь сейчас?.. С кем-то другим разговариваешь?..
— Спалился? — вымученно усмехнулся наёмник, — да. Мерещатся всякие… Похоже, тот серый демон меня головой о стенку приложил сильнее, чем казалось. Плевать. Слышал о подобных вывертах совести. Само пройдёт. Лучше посмотри, где мы по карте? Сколько там поворотов прошли… От последнего исследованного участка отсчитай…
Подсчитав пройденные повороты, парочка установила, что находится в середине картографированного участка, после чего возобновила движение к залу с танцующими мертвецами. Каждый пройденный коридор лишь усиливал тревогу, являя всё новые и новые разрушения, которых не было ранее. Всё чаще попадались дыры в стенах и потолке, а однажды под ногой зверолюда начал рассыпаться пол. Вовремя отскочить с небольшого опасного участка труда не составило. Всё же это оказалась не внезапно сработавшая ловушка. Камень просто треснул, оказавшись насквозь пронизанным призрачной паутиной. На испуг сил у Ирбиса уже не осталось. Он всего лишь с минуту постоял у новообразовавшейся дыры, глядя на то, как неестественно медленно обломки опускаются в усеянную звёздами тьму, словно нечто лёгкое неспешно тонет в спокойной воде.
Куда большее беспокойство вызывал товарищ, время от времени начинавший что-то невнятно бормотать или в полный голос огрызаться на невесть кого. Все подобные короткие фразы содержали исключительно ругань. А однажды человек остановился и принялся с остервенением колоть копьём пустоту. Юноша дождался, когда тот успокоиться, после чего заговорил сам: — Арваде… Думаю, это лабиринт на тебя так влияет. Паутинка эта… Она тут везде, и из неё что-то «смотрит»! А вдруг не только смотрит, но ещё и показывает что-то?.. Пожалуйста… Не обращай на это внимания. Тут только мы двое. Вот.
— Легко тебе говорить, — вздохнул шатен, — сам о том же подумал. Началось это после «разговора» с тварью на троне. Не хотел тебя беспокоить… Но «они» даже сейчас трещат без умолку! Вроде бы прикончил парочку, а н-нет. Вон. Снова тут. Не обращай внимания. Я в своём уме. Тебя с ними не спутаю…
— Хорошо.
Идти пришлось дольше, нежели ожидалось. Подумав об этом, парнишка начал сверяться с картой и вскоре ужаснулся, поняв, что прошли они дальше положенного, а до бального зала так и не добрались.
— Арваде! Здесь что-то не так! Мы уже с карты ушли!
— Да быть не может. Стрелки всё ещё есть на каждом повороте, — с сомнением заметил мужчина.
— Но мы идём дольше! А в последний раз была развилка из трёх направлений. Точно помню, что в самом начале таких не было! Вдруг наши стрелочки подделаны⁈
— Без… Без паники, малой. Нужно сориентироваться, где мы сейчас находимся.
— А как? Не сразу начал следить по карте за дорогой. Извини…
— Хороший вопрос. С этими поворотами и длинными коридорами совсем чувство направления потерял. Не знаю…
Обсудив сложившуюся ситуацию, охотники за наживой нехотя решили вернуться обратно к последнему картографированному участку, определив его по отсутствующей на очередном повороте стрелке. Но с каждым пройденным коридором лишь сильнее уверялись в том, что план не сработает. Об этом отчётливо говорило продолжающее становиться всё более ветхим состояние лабиринта. Если раньше на пути обнаруживались в основном небольшие дыры, то теперь стали попадаться крупные, в несколько метров, проломы в стенах и потолке, сквозь которые во тьму коридоров проникал звёздный свет. Единственное, чему можно было порадоваться, оставалась относительная целостность пола, позволяющая двигаться дальше.