— Во-первых, это договорённость действует исключительно с эльфами. Я сейчас похож на эльфа? А во-вторых, как ты в праве разбираться с собственным посланником, так и я свободно могу обвалить ему на голову стену. Самди, дашь причину так не поступать?
— Понял-понял. Сразу выкладывай, чего хочешь.
— Уйди и не появлялся здесь, пока не придёт пора играть твою роль.
— Без проблем. Даже пообещаю… Обещаю, что уйду из этого подземелья и не стану вмешиваться прямо либо косвенно, даже если их поубивают. Ограничусь пассивным наблюдением со стороны. Появлюсь, только когда придёт мой черёд выходить на сцену. Доволен?
— Да. Теперь сгинь отсюда!
— Как скажешь, мой мелкий пушистый «господин». Кстати о пушистости: чего в последнее время шкурку мелкого зверька носишь?
— Пользуюсь последним использованным шаблоном внешности. Не было причин создавать новый.
— Обзаведись уже постоянным телом…
— Сгинь! Внизу кого-нибудь раздражай!
Разбудил Ирбиса товарищ, велевший быстро перекусить и собираться.
— Отойди! — было первым сказанным мальчишкой, увидевшим, что наёмник стоит в прильнувшей к нему девушке. Тот без возражений отошёл в сторону и прислонился к стене. Разбудив любимую и достав из дорожного мешка немного вяленого мяса, добытого из пожитков группы убитых золотыми пауками гномов, обнаруженных неподалёку от входа в лабиринт, юноша протянул ей кусочек. Та отказываться не стала, приняв предложенное и принявшись жевать. Наблюдавший за этим наёмник скептически спросил: — Что сейчас с мясом сделал?
— Тиль дал.
— Нет. Ты еду на пол уронил.
Подойдя к парню, человек нагнулся к ногам зверолюдки, жевавшей угощение, и поднял с пола невесть как там оказавшийся целый кусок вяленого мяса, после чего сунул себе в рот и вернулся на прежнее место.
— Я… Но ведь вот он. Ещё не весь съела… — растерянно забормотала девушка, демонстрируя оставшиеся в руке крохотный кусочек.
— Всё хорошо, Тиль, — отозвался мальчишка, постаравшись мягко улыбнуться, — тут ты не в своём теле. Вот
— Малой, не ведись. Я своих… Привыкаю игнорировать. Ты тоже сможешь. Это место на нас так давит. Бьёт по больному.
— Сам разберусь…
Зверолюд и сам понимал, что находящаяся рядом любимая, очень вероятно, может быть иллюзией, созданной Пороком. Но игнорировать её или относиться хуже попросту не мог, допуская возможность того, что девушка может быть настоящей, взаправду из-за него попав в беду. Посему поступать никак иначе, кроме как помогать ей и защищать, парнишка попросту не мог.
В последний раз дозваться Самди так и не получилось, как и понять, в какой момент пришёл сон, не тревоживший кошмарами. Златоглазый игнорировал все обращения, но имелся и другой вариант. Покончив с завтраком, зверолюд достал фигурку лиса и мысленно позвал Сина. К его не малому удивлению, результата удалось добиться уже через десяток секунд. Деревянный лисёнок шевельнул головой и, ничего не говоря, больно укусил за оказавшийся ближе всего большой палец левой руки, а затем принял прежнюю неподвижную позу.
Ойкнув, зверолюд с возмущением осмотрел пасть своей поделки и стёр с неё капельку крови.
— Я не вырезал тебе клыков!
— А меня твоя деревяшка вообще проигнорировала, — усмехнулся видевший это наёмник.
— Что это было, Ирбис?.. Тот самый бог? — растерянно поинтересовалась Тиль.
— Это Син. Потом о нём расскажу, когда выберемся отсюда.
Попытку поговорить с хранителем золотого города мальчишка счёл успешной, ведь тот проявил себя, опровергая уверения Порока о том, что богам сюда не пройти. Данный результат принёс новую порцию сомнений, став доводом в пользу лживости заверений местного обитателя, а значит и фальшивой природы Тиль. В прочем, появился повод порадоваться тому, что настоящая девушка сейчас может быть в безопасности.
В единственной забегаловке маленького шахтёрского гномьего городка, расположившегося в недрах гор, евший похлёбку из грибов златоглазый человек вдруг спросил пустоту: — Зачем показался?
Находясь в лабиринте, устроившийся на голове серебряной статуи дракона белый лисёнок лениво ответил: — Обещал наказать, если снова с вопросами полезет.
— И всего лишь за пальчик укусил? — усмехнулся торговец информацией.
— Хотел откусить, но это слишком значимо повлияет на прохождение подземелья. Твой подопечный легко отделался. Новых поблажек не будет… — отозвался Син.