— К-к-к… К кубу бежим! — заорал мальчишка, пытаясь нащупать под ногами оброненное оружие, — Порок его боится!
Найдя взглядом потребное, мужчина кивнул сам себе и, подхватив раненого товарища, закинул на плечо.
— А г-где мой дорожный мешок?.. — зачем-то спросил вцепившийся в подобранный лук мальчишка, уносимый товарищем вперёд ногами.
— Какая разница⁈ Посеял и посеял. Да хватит хвостом крутить. Чего его мне под нос суёшь⁈
— Не знаю…
Трясясь на плече мужчины, бежавшего сквозь толпу безликих теней, Ирбис смотрел на то, как на троне из тьмы воплощается Порок. Процесс этот происходил не быстро, позволив парочке без проблем добраться до цели. Поставив юношу на ноги, наёмник пристально его осмотрел. Бросил взгляд на ещё не готового к бою врага, он со звоном вогнал меч в ножны и схватился за плащ напарника.
— Что ты делаешь⁈ — вскрикнул юноша, убрав за спину лук и принявшись вырывать подарок старшего брата из рук шатена.
— Твоей раной занимаюсь. Нужны тряпки, кровь остановить.
— Не дам! Мне его Лиам подарил!
— Не вопи. Если рану не перевязать, кровью истечёшь. Ты мелкий. У тебя её и без того мало.
— Не дам! И я не…
— Заткнись, придурок!
— Не дам!
Сплюнув, мужчина полез в свою сумку и выдернул из неё простые серые полотняные штаны, а затем разорвал пополам.
— Вот ведь упёртый гадёныш, — тихо ворчал он, штаниной перевязывая молодому зверолюду разорванное тигриной лапой левое предплечье, — откуда вообще такая рана? Точно не от оружия. На звериную похожа. И что на груди?
— По груди лоза с шипами ударила… А по плечу тигр.
— Видение тебя ранило?..
— Нет. Порок в меня превратился, а потом тигром стал и набросился… Я ему лук в рот засунул и прорастил. Вот…
— Ладно-ладно. Не дёргайся только. Потом поболтаем об этом. На груди вроде раны не серьёзные. Крови мало. Потерпишь.
— А ухо?..
— Дырка в ухе не смертельна!
— Тоже болит.
— Мамку поцеловать попросишь…
Пока неудачливые искатели наживы занимались перевязкой юноши, игнорируя не смолкавшие гневные голоса, весь сумрак успел собраться на троне, полностью воссоздав тело зеленоглазого существа. Встав, порок зашагал к центру площадки.
— Тащиться сюда, — фыркнул шатен, обнажая меч, — малой, стрелять не можешь?
— Не могу… Рука не шевелится.
— Тогда я его боем свяжу, а ты трюк со стрелой повтори.
— Не смогу! Всю магию потратил. Извини…
— Паршиво.
— Есть какие-нибудь зелья или травки её восстанавливающие?
— Нету…
— М-да… Признавайся, есть ещё припрятанные в рукаве козыри?
— Нет!
— Жаль. Нам бы сейчас пригодились. Тогда нож доставай. Одной рукой удержишь. Я связываю тварь боем, а ты в спину бей. Глядишь и уложим.
— Хорошо!
Обитатель лабиринта остановился перед приготовившейся сражаться парочкой, метрах в четырёх от куба, с сияющими неизвестными письменами на гранях.
— Выходите!
— Жалкие букашки…
— Ничтожные смертные!
— От меня не сбежать.
— Не скрыться.
— Спасенья нет! — донеслось отовсюду. В попытке добраться до жертв, существо протянуло руку и сразу отдёрнуло, так как пальцы вдруг начали источать чёрный дым, теряя форму. В прочем, оказавшись на безопасном расстоянии, они сразу восстановились. Видя это, мужчина ехидно усмехнулся: — Что, не нравится кубик, а мразь⁈ И завали уже своё лживое хлебало! Ни слова правды не сказал. Всё один пустой трёп и обман. Точняк! Нарекаю тебя королём пустобрёхов. Малой, не высовывайся отсюда.
Пока осознавший, что пока находится в безопасности, Арваде переругивался с Пороком, провоцируя того приблизиться, Ирбис вновь взглянул на выбивающийся из общего антуража объект в центре разрушенного зала. Сжимая в правой руке охотничий нож, он вдруг вплотную подошёл к металлическим граням и, встав на ципочки, принялся тыкать лезвием в щель меж верхним и средним рядом метровых кубов, из которых был сложен трёхметровый куб.
«Верхний правый крест! Вот он! Так говорил Самди. Эти линии между кубиков ведь образуют кресты! Только это не головоломка. А что с ним делать?.. Ножик не просовывается глубоко… Нет. Немного входит между кубиков, но упирается. Верхнее правое перекрестье ведь… Не та сторона? Ещё три проверю. Потом попрошу Арваде подсадить и потыкаю сверху. Это ведь должно как-то помочь?.. Должно! Монстр его боится. Вон как кричать начал…»
Действительно, заметив, чем занялся мальчишка, Порок потерял всякий интерес к наёмнику, в ужасе отшатнувшись. Страх существа выдавал и многоголосый хор, требовавший: — Перестань, ничтожество!