Мне стало смешно. Добился своего великан! Пиерен накануне свадьбы уже мучился, избегая своей Ольды. Девушка вцепилась в здоровяка мертвой хваткой. А тут столько дней он минимально с ней общался, помогая мне заряжать камни. Старсти закипели, и вчера вечером он не выдержал и вручил мне свои камни.
- Ольда заявила, что раз я избегаю ее, то наша свадьба ошибка. Раз я не хочу ее видеть, то свадьба отменяется. Завтра можно к святилищу не подходить. И передала мне с посыльными все мои подарки. Ты, Виарт, друг отличный и я точно должен тебе, но потерять Олду я не могу. Хочешь, вызывай меня на бой, хоть всем расскажи, что я такой гавнюк, что тебя подставляю. Я больше не могу. Ортану я буду помогать, но сейчас не могу. В общем вот так! Вот камни!
Болн примчался ко мне с перепуганным лицом и с паникой. Отдал мне здоровяк камни и унесся спасать свое счастье. Благо достучался до сердца своей избранницы. Их радостные лица для меня большое облегчение. Я и не думал, что может так все обернутся. Несколько дней же не жизнь.
Молодые слушают пожелания от родителей и родственников, а потом все шумною толпой, под радостные выкрики народа уходят на площадь, где к празднеству уже все готово.
Там, за новобрачных поднимают тосты все гости, горячительное льется рекой. Между приглашенными и столами бегают официанты из «Старой башни» и постоянно приносят все новые и новые тарелки да кубки. Семьи точно расстарались и решили совместить свадьбу и хороший отдых.
Музыканты играют простые мелодии, довольный народ, кто поет, кто пляшет, а я ищу способ усыпить Ортана. Вот на него начинает усталость, и я помогаю ему сесть за стол. Но отдохнуть ему не дают. К нам начинают подходить различные охотники и маги. Они разговаривают с Ортаном, а он всем представляет меня как своего приемника и приемного сына. От этих слов я в шоке. До сих пор не могу с этим свыкнуться. Бесфамильного охотника и даже хорошего никто не пустит к власти, а носителя одной из известных фамилий вполне. Ортан все сделал вчера, а меня поставил перед фактом. Я теперь Виарт Герон, названый сын Ортана Герона. В груди разгорается гордость. В тайне я об этом мечтал, но не сложилось раньше.
Меня поздравляют жители города с изменением моего статуса и приходят не одни, а с семьями и зачем-то знакомят меня со своими дочерьми, родственницами и племянницами. Мне даже смешно становится. Но я смотрю на свои часы и то, что я вижу мне не нравится. Время идет быстро, а шанса усыпить Ортана у меня пока не нашлось.
Два часа бурного веселия все начинают по очереди подходить к новобрачным и вручать свои дары. Мы с Ортоном, по правилам, идем за родней новобрачных, и я встречаю не приветливый взгляд Ольды. Он что, ей рассказал? Надеюсь, что она сможет сдержать эту новость хотя бы несколько дней.
Ортан вручает подарок от своей семьи молодоженом, а следом к ним приближаюсь и я. Мои ножи виновник праздника оценил. Довольная улыбка расцветает на его лице, но спустя секунды тает и он нехотя выпускает из рук свой подарок и провождает его взглядом. Мой подарок, как и сотни других занимают свое место в уже объемной горе подарков молодоженов.
Вторую часть подарка я вручаю Ольде. И ее настроение начинает приятно изменятся, когда она ощущает в своих руках приятную и звенящую тяжесть.
Мы отходим от молодых и подходим к столам.
- Виарт! Думаю, я долго не выдержу. Я немного еще побуду и пойду.
Я же сразу понимаю. Что действовать нужно быстро.
- Я тебя провожу.
- Не откажусь. – и Ортон переводит взгляд на обновленные столы. - И откуда столько всего в нашем городе? – спрашивает Ортон, оглядывая ломящиеся едой столы. Они действительно щедро накрыты, но с особенностями нашей ситуации. Овощи и зелень разлетаются со столов в первый час.
- Это все запасы. Пнерей хвастался, что купил себе пластины азгинов, останавливающие процесс распада. А продукты он эти привозил уже полгода с разных городов. Вот откуда и это изобилие.
- Предусмотрительно.
- Это же Пнерен.
Праздник длится долго, а мое волнение растет. Многие трезвы и не доходят до нужной мне точки. Хранительница просила организовать лечение до темноты, но еще несколько часов и будет поздно.