Мужчина уверял себя, что он не имеет права думать о ней. Он же глава города Огерон, пусть и разрушенного, потерянного в бою, но глава. Он не может позволить себе думать о демоне, когда его народ, его охотники ждут его выздоровления, а главное помощи.
Хоть Эргор и объявил о странных переменах в мире охотников, но мало кто серьезно и быстро изменит свое отношение к демонам. Как можно принять и воспринимать как равных тех, с кем шла война столько лет? Как мы можем жить вместе? В памяти всплыли перекошенные лица мужчин, которые узнали о прибавлении в семействе Ларт. Ларты соединили свою кровь с демонами? Это было безумием. Не только Виарт, но и другие охотники были в шоке. Но возмущение гасло после увиденного. Только осознание и факты спасли Эргора Реэйта от свержения вчера. Многие получали подобные сведения, но не хотели в это верить.
Даже сейчас, в условиях таких изменений как он может быть с демоном, когда воевал с ними еще недавно?
Голова Виарта Герона шла кругом от происходящих изменений. Как не хватало советов и опыта Ортана Герона.
Никто не пришел.
О чем только Виарт не думал, но дал себе слово, что если через пол часа никто не придет, он сам уйдет из госпиталя. Раздражало все и тишина, и эти стены.
Вчера же он вышел из госпиталя. Пусть и на время, и по необходимости, но вышел.
Я уже выздоравливаю и скоро смогу сам решать вопросы моих подданных. Еще немного продержаться в этом месте и работая забуду обо всем.
Спустя долгих двадцать минут, когда Виарт уже убеждался в своем решении, пришел один из магов и удивился, найдя тележку Иры в палате Виарта.
- А где же Ира?
- Ушла.
- Как ушла? Ей же нужно было еще дать лекарства другим больным. Что сегодня за безумие творится со всеми.
- А что такое?
- Эх. Горе у нас. Кло у нас украли и всех огненных демонов тоже. Создавать свечи больше некому. Эргор со своими охотниками ищет Кло и Ира ушла. Мне как раз её помощь нужна… - сказал мужчина.
- У вас же демонов много. Замените.
- Вы не понимаете. Не всех можно заменить. Она с душей работала, и успокаивал всех.
- Успокоить и другие могут. – сказал Виарт, вспоминая слова Люсарта. Неужели всем себя предлагала?
- Нет. Тут вы не правы. Ира другая. Она многое пережила и может достучаться до душ каждого. Это очень редкий дар.
- Скажите еще, что она особенная.
Мужчина сбвинул брови и серьезно посомтрел на Виарта.
- Я не понимаю вас? Почему столько злобы? Что она вам сделала?
- Да ничего особенного. Врала, что Белегома её опекун.
- И что?
- Как что?
- Она его шлюха.
- Простите, Виарт Герон, но вас кто-то разыграл. Белегома Ларт официально оформил опекунство над бедной девочкой. Я документы лично видел. Он с ней не спит. Он о ней заботится. Спас её от урода, который хотел её изнасиловать. Избил несчастную так, что лица видно не было. Я сам её лечил и осматривал. Белегома за Иру переживал. Он столько денег отдал, чтобы кости ей срастили. Я сам вместе с уважаемым магом Тоуро Унтом неделю с ней работал. Бедная девочка. Она чиста и непорочна. А тот, кто вам эти глупости сказал точно монстр. Так облить грязью невинную сиротку. Эх вы! Я был о вас другого мнения.
Маг не стал слушать ничего и вышел из комнаты. Он уже ушел далеко, как Виарт Герон его догнал. Точнее постарался не упустить из виду быстро удаляющегося мага. Тело еще не пришло в себя и болело, ныло.
- Стойте.
- Что вам еще нужно? – с нежеланием спросил мужчина.
- Покажите мне свою память. Я заплачу.
- Вот еще? – возмутился лекарь.
- Я хорошо заплачу. Вот возьмите – и Виарт вложил в руку мага красный большой камень – Это рубин. Чистый.
Маг посмотрел на камень.
- Что вы хотите знать?
- Всю правду об Ире.
- Ладно, но только не здесь - и он сказал идти за собой. Они шли долго до конца коридора и зашли в последнюю, пустую палату. Маг поставил два стула напротив друг друга.
Мужчины сели.
- Покажите мне, как встретили её впервые и всё до сегодняшнего момента.
- Хорошо, но помните. Решите посмотреть что-то еще, я больше вам показывать ничего не буду и камень не верну.
- Хорошо.
2
Маг слегка наклонился вперед и Вирт прижался к его лбу своим. Маг открыл свою память и впустил Виарта Георона в свои воспоминания.