Кто-то неожиданно заколотил в дверь с такой силой, что со стены посыпалась штукатурка, а котята замяукали еще громче. Нахмурившись, Амбридж взмахнула своей коротенькой палочкой. Дверь резко распахнулась, и Филч, который был с другой стороны, едва не расстелился прямо на полу.
- Мистер Филч!
- Директор! – задыхаясь, закричал он, – Директор! Экстренная ситуация!
- Что случилось? – хором спросили Амбридж и Снейп.
Мой пульс нервно застучал где-то в затылке, словно пытаясь выбраться наружу.
- Вам лучше видеть ЭТО своими глазами! На первом этаже!
Амбридж дернула плечами и первой вышла из кабинета, затем, бросив на меня гневный взгляд, за ней, словно тень, выскользнул Снейп, и Филч. Я осталась одна в окружении мяукающих тарелочек, пока от неожиданного грохота откуда-то снизу в окнах не задрожали стекла.
В коридорах царила какая-то суета. Толкаясь, ученики заняли почти всю лестницу со второго на первый этаж, наблюдая за происходящим внизу с радостным возбуждением. По обрывкам разговоров было вообще трудно понять, что происходит, но, похоже, нечто из ряда вон выходящее. Кое-как протиснувшись к перилам, я глянула вниз и увидела Фреда и Джорджа.
- Итак, вы считаете, что это очень весело – превратить школьный коридор в болото? – кричала Амбридж.
Фред и Джордж стояли, виновато повесив головы, но я была готова поспорить на что угодно, что в мыслях они гогочут громче Пивза, который, кстати, тоже был здесь, с любопытством паря в воздухе.
- Мистер Филч, принесите розги из моего кабинета! Сейчас я наведу здесь порядок!
- Это вряд ли, – рассмеялся ей в лицо Фред. Джордж коварно усмехнулся. – Братец, как считаешь, кажется, нам пора.
- Мы, определенно, засиделись за партами! – как эхо отозвался Фред. – Акцио метлы!
Буквально через пару секунд над нашими головами со свистом пронеслись две старенькие метлы.
- Выдай ей по полной программе, Пивз! – прокричали близнецы, взмывая в воздух.
Раздался отчаянный треск, и Фред и Джордж, кинув что-то вниз, вылетели под гром аплодисментов на улицу.
- Взять их! – завизжала Амбридж, но ее писк потонул в общем шуме.
Засверкали вспышки, воздух наполнился дымом, и начался самый настоящий фейерверк. Взрывы послышались и с улицы, и часть учеников потянулась туда, игнорируя крики Директора.
Честное слово, я давно так не смеялась. Ладони гудели от аплодисментов, но это было самое прекрасное, что я когда-либо видела. Наверное, где-то наверху звезды сложились сегодня в слово «БУНТ», но это должно было случиться рано или поздно.
Контроль Министерства, говорите? – хотелось мне крикнуть сверху этой нелепой женщине в розовом пиджаке. Teigh i dtigh diabhail!
Я спустилась по лестнице, увернувшись от двух огромных искрящихся мух, и направилась в Подземелья, надеясь найти там Хоуп и вытащить ее на улицу смотреть фейерверк. Подруга сидела в нашей комнате, уткнувшись в книгу. Зрелище было настолько печальное, что мне даже стало не по себе.
- Что ты делаешь? – осторожно спросила я.
- А что ты хочешь от меня услышать? – холодно ответила мне Хоуп.
- Что ты сейчас же пойдешь со мной …
Хоуп отложила книгу в сторону и внимательно посмотрела на меня.
- Не думаю, что это очень весело.
- Кто вы и что вы сделали с моей подругой? – я поняла, что совершенно не узнаю ее, и причина может быть только одна.
- Уизли, фейерверк – это, конечно, стоит внимания.
От неожиданности я села. Нет, Хоуп, конечно, иногда заносило, чего стоит только ее посвящение в Пожиратели смерти, и Фреда с Джорджем она никогда особенно не любила, но сидеть вот так среди бела дня, в одиночестве за книгой. Признаться, обычно это было моей привилегией.
- Родители забирают меня на домашнее обучение со следующего года. Никаких предателей крови, – горько усмехнулась она, – только уроки и общение с избранными. Признаться, это немного не то, чего я ждала.
- Под избранными ты имеешь в виду Пожирателей смерти? Ты ведь можешь отказаться, ведь можешь?
Конечно, нет. Если бы у нее было право выбора – она бы не носила сейчас Темную метку. Я знаю ее, я слишком хорошо знаю ее.
- Знаешь, иногда мне кажется, что у нас неправильно распределяют на факультеты. Порой ты такая невыносимая зануда из Когтеврана, а иногда просто заносчивая гриффиндорская задница.
- Ну, спасибо, – пробурчала я.
- Правда, ты была бы счастлива где угодно, Мо, только не здесь.
- Мы ведь не прощаемся? – с надеждой спросила я.
Что я вообще буду делать без нее? Чем ее сумасшедшая мамаша пригрозила ей, чтобы добиться своего?
- У нас еще куча времени, – хмыкнула Хоуп, – как твое собеседование, кстати?
- Я послала Амбридж, – мне не удалось сдержать довольную улыбку. – Надеюсь, ей не придет в голову искать словарь ирландского языка.
Хоуп сложила книги аккуратной стопочкой и потерла переносицу.
- Как староста, я, конечно, не одобряю твой поступок.
Я кинула в нее подушкой. Это кто еще из нас невыносимая зануда! Познакомить бы ее с МакДональд, я бы только и успевала записывать за ними злобные шуточки!
Дверь осторожно приоткрылась, и я увидела Малфоя.
- Хоуп, у нас срочное собрание старост.
- А постучать?
Драко посмотрел на меня так, как он, обычно, смотрит на Грейнджер, но ничего не ответил. Хоуп поправила галстук, и вышла в коридор, не забыв мельком взглянуть на себя в зеркало.
Интересно, фейерверк уже закончился? Его отсюда совсем не слышно. Я подошла к окну и рассмеялась своей забывчивости, глядя на мутно-зеленую воду озера. Рука сама потянулась к Маховику времени.
Давай же… Сделай это …
Основная масса учеников все еще была на улице, откуда до сих пор доносились хлопки. Но я пошла в другом направлении – на седьмой этаж, правда, это оказалось не так-то и просто. На шестом этаже я увидела шедевр, который сотворили близнецы Уизли – самое что ни на есть настоящее болото с камышами, кувшинками и даже лягушками, радостное кваканье которых разносилось эхом по коридору. Похоже, Фред и Джордж готовились к этому уже давно, но когда они все успели, остается загадкой.
Срезав через портрет, я все-таки, добралась до нужного мне этажа. Пройдя вдоль гобелена трижды, я оглянулась. Коридор был пуст, никто не спешил меня схватить и отвести к Директору, да, сегодня тот самый день, когда нужно делать дела, на которые в другие дни не хватает смелости.
Я вошла в Выручай-комнату – город потерянных, забытых и оставленных до лучших времен вещей. Мимо окна, изрыгая пламя, пронесся искрящийся золотисто-алый дракон, он был настолько ярким, что все вокруг на мгновение тоже стало золотисто-алым. Даже плакат Сириуса показался мне не таким пугающим, одно мгновение, и все стало по-прежнему. Я остановилась напротив него, снимая Маховик времени с шеи.
- Привет, – сорвалось с языка. – Мы больше не увидимся, да? – спросила я, вглядываясь в его лицо.
Да, именно таким я впервые увидела Блэка – исхудавшего, со спутанными волосами, кричащего всему миру, что он не виноват, что это ошибка, трагическая ошибка. И я любила другого Сириуса – того, который был на украденной из отцовского альбома фотографии, любимца факультета, отличного спортсмена, парня, который впервые поцеловал меня…
Нужно оставить Маховик времени там, где я взяла его. Эта вещица не принадлежит мне, и я не спрашивала разрешения ее владельца, чтобы воспользоваться. Я поступила наперекор всему, вмешалась в ход времени, и я… я не могу сделать это, черт возьми!
Цепочка снова оказалась на моей шее. Проблема была в том, что этот несчастный заключенный с плаката и юноша с моей фотографии – один и тот же человек, как бы я ни старалась себя убедить в обратном.