- Привет, – сухо поздоровался он. – Ты, все-таки, пришла…
- Да, – отвечаю, подойдя ближе. Неожиданно Джери берет меня за руку. Голова начинает кружиться. Его пальцы были такими знакомыми, это казалось таким нереальным, что захотелось ущипнуть себя. Он ведь делал это сотни, наверное, даже тысячи раз.
- Спасибо, конечно. Я только не понимаю, зачем тебе это, Мо? – он внимательно посмотрел мне в глаза, не выпуская моей руки. – Ты что-то знаешь?
- Да, – я решила быть честной. – Слишком много. То, что мы собираемся сейчас спрятать – Маховик времени. Может быть, уже просто сделаем это?
- Успеем. – Джери выпустил мои пальцы и убрал волосы со лба, – только почему я должен верить во все это?
- Иногда правда диковиннее вымысла.
- Но откуда мне знать, что ты не будешь использовать эту вещь ради собственной выгоды? Извини, но я пока не вижу причин доверять тебе, хоть ты и ирландка, после того, что случилось…
- Что? – едва не вскрикнула я, – что случилось?
Он огляделся по сторонам, словно проверяя, не привела ли я с собой ненужных свидетелей.
- Талия совершила временной прыжок. Не знаю, куда, не знаю, сколько она пробыла там, но вернулась она совершенно другой. Иногда она, эмммм…
- Теряется в пространстве?
Джери нахмурился, но кивнул.
- Не узнает некоторые вещи, некоторых людей. А иногда она словно оставляет свое тело. Взгляд, – он сглотнул, – становится отсутствующим, пустым. Я ведь говорил ей не играть со временем, но куда там. Ума палата дороже злата, пытливый ум сыграл с моей девочкой злую шутку… Не знаю только, смогу ли я выдержать это все.
Я прикусила губу. Наверное, раньше я бы расплакалась, но сейчас стало просто больно внутри от жалости к родителям. Нужно что-то сказать, что-то сделать, обнять его, в конце концов! Это ведь мой папочка – самый смелый и стойкий человек на свете, он дважды спас мне жизнь, а теперь, похоже, готов опустить руки, отказаться от всего… Почему только я не могу сдвинуться с места? Мгновение мое тело не принадлежит мне, но потом все приходит в норму.
- Она никогда не сможет найти Маховик, если мы попросим Комнату не отдавать его ей. – Говорю и не узнаю свой голос. Что это только что со мной было?
- Я не уверен даже, что она помнит о его назначении…
- Тогда тем более нужно избавиться от него. Пока еще кто-нибудь не разрушил себе жизнь.
На мгновение оторопев, Джери что-то пытается разглядеть в моих глазах, затем берет меня за руку и мы трижды проходим мимо гобелена. Свою просьбу для Выручай-Комнаты он произнес мысленно, и мне оставалось только догадываться об ее истинном значении. Так или иначе, в стене появилась дверь – скромная, без лишних деталей и украшений.
- Только не говори, что тебе не страшно, Мо. У меня лично волосы на затылке дыбом встают.
Я пожала плечами и первой вошла в Выручай-Комнату, которая на удивление выглядела знакомо: тот же город из забытого хлама, такой же, каким он предстал передо мной, когда я попросила у Комнаты встречи с Сириусом.
- Ты уже была здесь? – послышался за спиной голос Джери.
- Однажды, – отвечаю уклончиво, выхватывая взглядом тот самый шкаф с ящичками. Единственное, чего не хватало здесь – плаката с портретом Блэка. – Давай же, убери эту штуку подальше, чтобы Талли не смогла найти ее, как бы ни хотела и не просила.
Краем глаза я заметила, как Джери похлопал себя по правому карману и глубоко задумался, нахмурив брови.
- О, ну, в самом деле, – я закатила глаза, – если хочешь, чтобы я отвернулась, мог бы просто попросить.
Но вместо ответа он направился к тому самому шкафу, даже не подумав и секунды, не оглянувшись по сторонам в поисках более надежного тайника. Я могла видеть только, как Джери выдвинул один из ящичков, вытащил из кармана Маховик Времени, который призывно сверкал в его пальцах, пока не оказался скрытым небольшой горсткой хлама и задвинут в шкаф.
- Нет, я не хотел, чтобы ты отворачивалась. Нет никакой разницы, все равно его здесь никто не найдет. А ты не сможешь найти этот шкаф, если снова попадешь сюда.
- Считаешь себя таким умным? – я вдруг поняла, что последний шанс заполучить Маховик Времени растаял в воздухе. Джери, хоть и изо всех сил хотел казаться простачком, на самом деле таким не был. Сколько всего он скрывал от меня. Даже то, что он владелец «Горбина и Берка» я узнала от своих однокурсников. Кто знает, какие тайны он еще хранил.
- Нет, – спокойно ответил он, – не умным. Хитрым, вот это, пожалуй. И если в твоей чудесной ирландской головке зрел план, как превратиться в повелительницу времени, то ты провалилась.
- Да, – хмыкаю я в ответ, машинально проводя пальцем по цепочке на шее, чтобы удостовериться, что ключ, который висел на ней, надежно спрятан под одеждой. – Это величайший провал. Я этого не переживу.
Неожиданно он начинает смеяться. Немного нервно, но совершенно искренне.
- Все же, Мо, – отдышавшись, спрашивает меня отец, – кто ты такая?
Мне снова становится нехорошо. Не знаю, как Джери делает это, но я чувствую себя так, словно готова вот-вот раствориться в воздухе.
- Я просто я, – к горлу подкатывает тошнота, а перед глазами пляшут серые расплывчатые пятна. – Давай уйдем отсюда…
Взгляд Джери моментально становится серьезным. Подойдя ко мне, он, без стеснения, положил руку мне на лоб, с таким видом, словно готов решить все мои проблемы.
- Похоже, у тебя температура. Я провожу тебя в Больничное крыло. Давай же, – он попытался взять меня под руку, не зная, что делает мне только хуже.
Почему? Почему он?
- Пусти, – вырываясь, бормочу я, пятясь к двери, – вовсе незачем! Образ Джери вдруг резко вытягивается, превращаясь из школьника во взрослого мужчину, в Джерарда Калахана, моего отца, такого, каким он был в последний день, когда…
- Да что с тобой? – обеспокоенно спрашивает жуткое видение. В отчаянии трясу головой, но ничего не меняется, лишь в правом виске возникло ощущение нарастающего болезненного пожара. Ничего не соображая, на ватных ногах выбегаю в коридор, где неожиданно меня обдает холодом. На лбу даже выступили капельки пота.
Сириус стоял, прислонившись к стене, и его взгляд не обещал ничего хорошего.
- Мо! – слышу за спиной голос Джери и в ужасе жмурюсь.
Я, конечно, глупа. Глупа, как тысячи мандрагор, хотя, нет, еще глупее. Я должна была это предугадать, но желание наверстать с отцом утерянное время оказалось сильнее.
- Так-так, – Блэк убирает Карту Мародеров в задний карман и достает волшебную палочку. – Я ушел из-под ясных очей Дамблдора, надеясь найти тебя в гостиной, Мо. И что я вижу? Ты с Джери Калаханом в Выручай-Комнате! Я глазам своим не поверил!
- Сириус, я… – губы предательски дрожат.
Не могу ему врать, особенно, когда он так зол. От боли в голове на глазах выступили слезы, но это привело Блэка почти в бешенство. Стиснутая побледневшими пальцами волшебная палочка, казалось, вот-вот переломится пополам.
- Ну, хватит, – тихо произнес вдруг Джери, – оставь ее, она плачет.
- О, в самом деле? – закатил глаза Сириус. – С чего бы ей это делать?
- Уйдем отсюда, – Джери решительно хватает меня под руку и тут же получает заклятием, которое задевает и меня.
Удар получился не очень сильным, но на мгновение я теряю равновесие. Перед глазами все затуманивается. Джери отвечает Блэку порцией магии. Где-то сыплется штукатурка. Цепляясь за стену пальцами, медленно оседаю на пол.
- Что, Калахан, доволен? – кричал Сириус, – не нашел лучшего способа навредить мне?
- О, господи, Блэк, ты такой идиот, – рычит в ответ Джери. – Напыщенный идиот!
Одно из заклятий Сириуса срикошетило в мою сторону, но папа успел выставить Защитные Чары. Впрочем, это мало помогло. Мне оставалось только бессильно наблюдать за дуэлью двух мужчин, неизвестно как попавших в школьный коридор. Образ Блэка тоже изменился. Но он не был тем худым, изможденным беглецом из Азкабана, каким я могла его лицезреть позже. Школьная мантия сменилась кожаной курткой и старыми джинсами. Я даже поразилась, насколько это бредовое видение выглядело четким и ясным, словно это и не видение даже, а самая настоящая реальность.